Вахит Акаев. Берса-шейх – первый проповедник ислама среди чеченцев.

В истории Чечни на документальных источниках основательно зафиксирована религиозная и политическая деятельность шейха Мансура, имама Шамиля, шейха Кунта-Хаджи и других духовных, религиозно-политических деятелей XVIII-ХХ вв. Но наши познания о религиозных личностях, героях более раннего периода очень скромны. Исследовательские центры республики практически ничего не сделали в этом плане. История и культура чеченского этноса, начиная с арабских завоеваний, многовековой и противоречивый процесс распространения ислама не получил сколь-нибудь систематизированного, последовательного изложения. Осталась за пределами истории и культуры чеченцев деятельность первого проповедника ислама среди чеченцев, кем был шейх Берсан (Берса-шейх) из аула Курчали. Цель предлагаемой статьи – восполнить существующий в отечественной истории и религиоведении пробел, касающийся деятельности первых мусульманских проповедников, распространявших ислам среди чеченцев в конце XVI – первой трети XVII вв.

Вопрос о начале распространения, массовом утверждении ислама среди чеченцев до сих пор остается не проясненным, а потому являются частыми амбивалентные высказывания, свидетельствующие о его не до конца изученном характере. Между тем существуют различные версии о времени распространения ислама среди чеченцев, отсутствует и четкая позиция, признающая его окончательное утверждение. Дореволюционные авторы в ряде исторических сюжетов, посвященных быту, образу жизни, социальному устройству чеченцев, их религиозным верованиям зафиксировали факты массового распространения ислама среди чеченцев. Например, такой этап восприятия ислама чеченцами связан с проповедником шейхом Берсаном (Берса-шейх), живший в Чечне в конце ХVI – в первой трети ХVII в. В царский период впервые об этом написали И. Попов и У. Лаудаев, которые в «Сборнике сведений о кавказских горцах» опубликовали соответственно материалы «Ичкерия (историко-топографический очерк)» [1] и «Чеченский тайп» [2].

Деятельность исламского проповедника Берса-шейха сопряжена с определенными историческими и социокультурными предпосылками, сложившимися в восточной Чечне в конце XVI – начале XVII вв. Скорее всего, поселения в Ичкерии образованы чеченцами, мигрировавшими из западной и южной части Чечни в IX–X вв. Уже в ХIХ в. здесь насчитывалось более 40 тайповских поселений. И их жители, судя по утверждению И. Попова, являются потомками 18 выходцев из аула Нашахэ. К такому выводу этот дореволюционный этнограф приходит на основе преданий, обобщения этнографического материала, который он собрал, посещая хутора и селения чеченцев, проживавших в восточной Чечне.

В XV–XVI вв. в Чечне религиозная ситуация не является гомогенной, она пестра, мозаична. Здесь функционировали языческие святилища, на чеченцев оказывали воздействие грузинская православная церковь и исламские проповедники, проникающие из Дагестана. Но, судя по некоторым источникам, чеченцы-аккинцы, проживавшие на востоке Чечни (сегодня на территории Дагестана), в этот период уже исповедуют ислам. Восточная часть Чечни становится объектом активного воздействию со стороны исламизированного Дагестана.
Подтверждая влияние христианства на определенную часть чеченцев, Я. Ахмадов пишет: «XVI-XVII вв. грузинские цари не раз стремились утвердить христианство в южных районах размещения нахского этнического массива» [3, c. 286]. Усилие грузинской церкви оказалось недостаточным, чтобы приостановить активную деятельность мусульманского духовенства.

Во многом это связано с тем, что в конце XVI – начале XVII в. территория чеченцев становится объектом притязаний Османской империи, Крымского ханства и сефевидского Ирана. Московская Русь также пыталась упрочить свои позиции в этом регионе. Надо отметить, что правитель окочан (чеченцев-аккинцев) Ших Мурза Окоцкий, исповедующий мусульманскую веру, отправил в 1588 году в Москву посольство для установления дипломатических отношений с русским царем. Однако влияние мусульманских стран на регион и ее народы становится все более настойчивым. Большая роль в деле распространения и утверждения ислама в отмеченный период принадлежала мусульманскому духовенству Дагестана, имевшему тесные контакты с единоверными государствами.

В течение XVI в. миссионерская деятельность по распространению ислама на территории чеченцев не прекращалась. Дагестанское мусульманское духовенство при поддержке Османской империи добивалось окончательного утверждения ислама среди чеченцев. Для активного распространения ислама и его утверждения на большой части Чечни потребовался проповедник из числа самих чеченцев. Им становится Берса – молодой человек удивительной судьбы. В письменной истории о нем нет развернутых сведений.

Только указанные выше И. Попов и У. Лаудаев дают скудные данные о нем. У И. Попова нет ясности в происхождении шейха Берсана. Но он приводит предание ичкеринцев о том, что Берсан «выходец из Кази-Кумуха, поселился в ауле Курчали, стал не мечом, а сильным словом и точными предсказаниями будущих событий, проводил мусульманство в окрестные аулы» [1, с. 11]. В другом месте И. Попов приводит предание гуноевцев, утверждавших, что он родился в ауле Курчали, был родственником гуноевцев по материнской линии. Впоследствии он успешно учился арабской грамоте в Кази-Кумухе, вернувшись домой жил ничем не отличаясь.

Предания о жизни и деятельности Берса-шейха, первом проповеднике ислама среди чеченцев, сохранились в народной памяти, а также в художественной форме изложены в романе «Къоман тептар» [4] чеченского писателя Усмана Юсупова. На основе этих сведений можно реконструировать его образ, религиозную деятельность, сопряженную с распространением и утверждением ислама в Чечне.
Как отмечает У. Юсупов, Берса родился в ауле Куьрчал нынешнего Веденского района в конце ХVI в. и принадлежит к тайпу куьрчал. Его отца звали Тимарбулат, а деда Темболт. Они принадлежали к известной чеченской семье, отличавшейся служением общим национальным интересам, объединявшим народ на борьбу с внешними врагами. Из-за зависти Тимарбулат был убит родными братьями. Его мать КIажар, принадлежащая к тайпу гуной, узнав о коварстве родственников, возвращается в родной аул. Живя у родственников, она родила мальчика, нареченного именем Берс.

Берс рос живым, любознательным и сильным мальчиком. В мальчишеских драках он всегда выходил победителем. Часто от сверстников ему доставались обидные слова: «Вместо того, чтобы одерживать вверх над нами, ты бы отомстил тем, кто убил твоего отца». Каждый раз, после очередной стычки с мальчишками, он просил мать разъяснить смысл наносимых ему обид. Но всегда получал уклончивые ответы.

В жизни 9-летного Берса, который ходил по лугам, лесным трущобам, наблюдая природу, прислушиваясь к пению птиц, происходит удивительное событие, которое не иначе, как чудом не назвать. В лесу он обнаруживает полуживого волка, а рядом убитого им в схватке барса. В течение месяца, прикладывая травы и подкармливая, он вылечивает зверя, надолго привязавшегося к нему. Однажды, схватив зубами рукав рубашки Берсы, волк потянул за собой мальчика. Берса послушно последовал за ним. Когда они вышли из чащи леса на небольшую поляну, то он увидел семерых белобородых старцев, ведущих странную беседу. Старцы, вступив с ним в беседу, призвали готовиться к великой миссии, для которой судьба его избрала. Распрощавшись с растерянным Берсом, старцы попросили передать матери сердечный привет. На вопрос Берсы, кто они такие, ответили: «Несомневающиеся».

К пятнадцати годам Барса вместе с другими чеченскими юношами проходит в горах Чечни полугодовую изнурительную физическую и боевую подготовку, готовясь стать защитником Отечества. Вся его жизнь отныне, как и его отца и деда, была посвящена защите своей родины, отстаиванию общих интересов, поддержке простых людей, установлению справедливости. Взрослея, Берса демонстрировал лидерские качества, неуклонную преданность своему народу, всегда поступал по совести и справедливо. После совершеннолетия он с матерью переселяется в аул своего отца. Убийцы его отца, боясь мести, перебираются за Терек.

К двадцати годам его жизнь радикально меняется из-за случая, произошедшего с ним в ходе конфликта, возникшего между беноевцами и дагестанцами, которые часто враждовали между собой из-за территориальных споров. В аул Бено прибывает группа дагестанских мусульман во главе с неким шейхом Абу-Муслимом, жестко потребовавшего от чеченцев принятие ислама. Но беноевцы, будучи последователями древних обычаев, не желали подчиняться агрессивному требованию. Между Берсом, оказавшимся в гостях в Беное у родственников жены, и Абу-Муслимом происходит короткий поединок.

Предводитель мусульман получает смертельное ранение. Его соратники ринулись на беноевцев. Но Абу-Муслим именем Аллаха запрещает кровопролитие. Предание утверждает, что шейх Абу-Муслим сообщил своим последователям, что отныне именно Берса превратится в шейха, будет осуществлять миссию по распространению ислама в Чечне. А в этом богоугодном деле никто не должен ему препятствовать. Через Берсу, утверждал Абу-Муслим, чеченцы получат баракат от Всевышнего, а потому его поддержка – обязанность каждого мусульманина края.

После такой речи происходит чудо. Тело Берсы окутывает черный дым, который поднимается в небо и испаряется. Это событие было истолковано следующим образом: дым – облако «неверия», которое по воле Всевышнего отделилось от будущего проповедника ислама. Это явное чудо, с точки зрения веры, означало знак святости. Очищенный от прежних языческих воззрений, Берса встал на праведный путь, превратился в святого.
Изложенное У. Юсуповым предание у И. Попова имеет другую трактовку. После возвращения из учебы в Кази-Кумухе Берса засватал девушку из своего аула и готовился к женитьбе. После очередной встречи с девушкой он вернулся домой и лег спать. Поздно ночью был разбужен будущей тещей, упрекавшей его словами: «Ты все спишь и не знаешь, что на наш аул напали тавлинцы (аварцы); вступай на защиту, иначе мы все погибнем!» Сконфуженный упреками женщины, он поклялся умереть в битве или принести голову предводителя напавших, разорившие часть аула и отступавших обратно.

Нагнав тавлинцев, он выстрелом нанес смертельную рану их предводителю. Раненный предводитель, падая с лошади, успел сказать, что его зовут шейх Гада и он истинно следуя закону пророка Мухаммада, учил народ идти путем правым. Умирая от руки Берса, он именем Аллаха просил его принять ислам и обращать в него свой народ. После этих слов проповедник Гада умер. Опечаленный случившимся Берса вернулся домой, вскоре принял мусульманство и начал проповедовать ислам. Как пишет И. Попов: «Первый аул в Ичкерии, принявший ислам, был Курчали – родина Берса, затем постепенно ислам стали принимать другие окрестные аулы, не имевшие, как и он сам, ни веры, ни закона» [1, c.14].
Как видно, эти два предания разнятся. Не ясно, кто такие Абу-Муслим и Гада. У. Юсупов полагает, что Берса к моменту боя с тавлинцами был мусульманином, а у И. Попова он еще не мусульманин. Словам, здесь еще предстоит уточнение некоторых аспектов преданий и создание правдоподобных сюжетов. Необходим поиск арабографических текстов, отражающих деятельность Берса-шейха, процесс массового принятия ислама чеченцами.

В своей книге У. Юсупов пишет, что религиозную деятельность Берса начинается с того, что просит свою мать Кажар принять ислам. После долгих увещеваний мать, почувствовав, что его сын обладает даром убеждения, принимает новую веру. Но он долго не мог склонить к исламу родственников матери. Например, дядю по матери и других представителей тайпа гуни. Навязывать ислам насильственным путем Берса не желал. Его религиозная проповедническая деятельность основывалась на убедительных аргументах, разумной, мягкой речи, увещеваниях, призывающих принять веру в Аллаха.

По-видимому, к первой трети XVII в. все тейпы, которые окружали тайп гуной, приняли ислам. Родственники матери Берса-шейха не спешили с переходом в ислам. На его требование принять ислам они отказывались под различными предлогами. Очередной раз, посетив своих родственников, он получает отказ. После его ухода жены и сестры стыдили своих мужей и братьев, вопрошая: «Почему Вы неуважительно относитесь к своему племяннику признанного шейхом Чечни?» Они требовали ценить уважительное отношение Берса к родственникам матери. В ответ на укор своих жен и дочерей старейшины рода попросили вернуть его обратно. В этот вечер основная часть гуноевцев приняла ислам. Более того, с небольшой горы они сбросили большой тейповский котел, в котором варили кабанину. Это место на чеченском называется «Яй карчийна корта» («Голова, с которого скинули котел»).

Небольшая часть рода гуной, отказавшаяся принять ислам, после жарких дискуссий покинула родные места. Эта часть рода под предводительством Оьрза (имя старшего из «отказников») перешла реку Терек и основала поселение, названное «Оьрза г1ала» («Город Оьрзы»). Оно находилось на месте казачьей станицы Червлённая. Потомки Оьрза «обрусели» и сегодня считают себя терскими казаками, хотя помнят свою связь с родом гуной. К таким фамилиям относятся Егоркины, Гришины, Бусунгуровы, Титкины, Полушкины, Пронькины и др.[2, c. 54].
У. Лаудаев религиозную деятельность Берса-шейха соотносит с деятельностью Термаола. Последний, как утверждает У. Лаудаев, распространял ислам в восточной части Чечни одновременно с Берсом-шейхом.

По описанию У. Лаудаева Термол был человеком красноречивым и жестоким [там же]. Его страстные речи, описывающие благо для верующих в загробной жизни, склоняли чеченцев к принятию ислама. Но он отличался жестокостью в деле искоренения язычества среди чеченцев. Как пишет У. Лаудаев, убив три тысячи неверных, он поставил вверх ногами три трупа, намекая тем самым на три тысячи убитых. Как сообщает предание, зафиксированное У. Лаудаевым, после такой кровавой бойни, женщины накрыли свои головы пустыми очажными котлами и вышли на улицу. Это означало, что в своих домах им больше некому приготовить еду. Кроме того, дети в аулах стали играть с куклами, изображающими убитых людей. Не выдержав этих издевательств, Термаол, выкопал яму и заживо себя похоронил. Предание сообщает, что при этом им было сказано, что он вернется вновь в мир тогда, когда чеченцы в этом почувствуют потребность [там же, с. 55].

По мнению У. Лаудаева и А. Сулейманова, Термол и Берса-шейх стали одновременно проповедовать ислам среди чеченцев, что происходило в 1591 году. Они являются первыми этническими чеченцами, распространявшими на своем родном языке ислам среди соплеменников.
Важно рассмотреть и еще один аспект. В исторической памяти чеченцев сохранилось предание о том, что среди чеченцев ислам распространял Абу-Муслим – арабский полководец (VIII в.), а в дагестанских исторических хрониках утверждается, что именно при нем дагестанцы приняли ислам. Но это положение, сохранившееся в народном предании, видимо, не совсем корректно. Так, в царское время на русском языке было издано сочинение «Асари Дагестан», написанное известным дагестанским алимом Гасаном-эфенди Алкадари. Оно было переиздано в 1994 году в г. Махачкала с развернутыми комментариями доктора исторических наук В.Г. Гаджиева.

Из текста этого сочинения следует, что по приказу мусульманского правителя (халифа) Гашима бен Абдул-Мелика из Сирии на Кавказ был отправлен его родной брат Маслама бен Абдул-Мелик. Последний покорил Дагестан, отнял у хазар все округа и города, убил сына хазарского царя. Наряду с воинственностью он отличался созидательной деятельностью: давал целесообразные распоряжения и осуществлял проницательные мероприятия. Им были назначены кадии и ученые для обучения исламу населения дагестанских аулов и городов, правители и старейшины для правления ими, построены мечети и минареты. Исследователи утверждают, что именно он, Маслама бен Абдул-Мелик, получил в народе имя Абу-Муслим. И он умер 739 году в Сирии в местности Ханут [7, c. 43].

На этой же позиции находится авторитетный исследователь ислама в Дагестане А.Р. Шихсаидов, который писал, что настоящий Абу-Муслим в отмеченный период не был в Дагестане. По его мнению, имя Абу-Муслим в народу получил Маслама, арабский полководец, правитель Ирака и Хорасана, совершившего в 709–10 и 731–32 гг. разорительные походы на территорию Дагестана [7, c. 77].
Алкадари в своем сочинении говорит еще о двух мусульманах, имевших имя Абу-Муслим. Второй Абу-Муслим, выступив из Хорасана, содействовал переходу власти от омейядов к аббасидам в 747 году, но он никогда не был в Дагестане. Третий Абу-Муслим был шейхом, он прибыл в Дагестан в IX в., обучал исламу, распространял шариат, умер в Хунзахе, где находится его зиярат, посещаемый верующими. Судя по этим сведениям Абу-Муслим, который был убит в Беное к описанным трем Абу-Муслимам отношение не имеет. Это другой мусульманский проповедник, имеющий такое же или совершенно другое имя.

В Чечне сохранились и следы захоронений Термола и Берса-шейха. Как утверждает А. Сулейманов, могила Термола находится в селении Айткхалла Ножай-Юртовского района. А гробница первого проповедника Берса-шейха находится в с. Курчали, рядом с ним покоится его жена [5, c. 658]. Зиярат Берса-шейха находится на окраине с. Курчали и он реконструирован в 2006 году Рамзаном Кадыровым.
Ссылаясь на «Топонимию Чечни» А. Сулейманова, в своей публикации, посвященной Берса-шейху в «Вестях Республики», я написал, что его современник Термол похоронен в с. Айткхалла [8]. С выходом статьи мне позвонила известная журналистка Аза Газиева, сообщившая, что в нашей публикации допущена ошибка и подлинное место захоронения Берса-шейха – Куьйрен-бен, что находится на окраине Энкхалла Ножай-Юртовского района. Из беседы с Азой я почерпнул немало интересной информации. Оказывается, проповедник ислама Термол является ее двенадцатым предком. На основе, сообщенных сведений и других источников, конечно, очень важно реконструировать его образ, религиозную деятельность по распространению ислама среди чеченцев.

Термол был родом с хутора Куьйран-Бен ныне Курчалоевского района и он принадлежит тайпу энкхаллой. Рядом с этим аулом имеется место, где лежал камень, на котором имеются отпечатки вдавленных четырех пальцев. Аза Газиева обратилась к Рамзану Кадырову и рассказала ему о значимости Термола в распространении ислама восточной части Чечни. На этом месте в 2010 году по указанию Рамзана Кадырова построили зиярат.
С детства Термол был приучен к труду, различным лишениям и подготовлен как воин. В предании чеченцев он сохранился как турпал Термаол, обладавший необычайной силой. И сегодня жители с. Энкхалла могут указать камень, который он поднял одной рукой и отбросил в сторону. Вряд ли, этот сохранившийся до наших дней камень, могут сдвинуть с места пять сильных мужчин.

С чего началась религиозная деятельность Термола? Как-то один из его родственников заболел, его долго не могли вылечить. В Дагестане был найден врач-мусульманин, которой взялся за лечение. Врач оказался искусным и глубоко набожным. Профессионализм и вера в Аллаха, которые в ходе лечения больного он продемонстрировал, явились основанием принятия ислама Термаолом. Судя по преданию, он учился в Аварии. За значительные успехи в учебе ему был подарен триножник (дж1айн г1ант), а также сто человек прислуги. Последние, как утверждает предание, были поселены в отдельном месте, чтобы они не смешивались с чеченцами (х1у ца бехдайта). Аза Газиева утверждала, что ее дед часто произносил: «Ног1ийн а, г1алмакхойн а зударий схьакхийлина нохчийн ц1ий бехдина».

В месяц Рамадан многие верующие Чечни и других мест посещают Веденский район, в котором немало зияратов известных шейхов и устазов, в том числе и зияраты Берса-шейха и Термаола. Посещая их, они просят у Всевышнего благодати, очищения от грехов, избавление больных родственников от недугов. Посещение святых мест оказывает благоприятное влияние на паломников, вселяет в них надежду на лучшую жизнь, просветляют их затуманенное сознание.

Литература:

1. Попов И. Ичкерия (историко-топографический очерк) // Сборник сведений о кавказских горцах. Выпуск IV. Тифлис, 1870.
2. Лаудаев У. Чеченское племя (с примечаниями) // Сборник сведений о кавказских горцах. Выпуск V. Тифлис, 1872.
3. Ахмадов Я.З. История Чечни с древнейших времен до конца XVIII века. – М., 2001. – 426 с.
4. Юсупов Iусман. Къоман тептар. Хьалхара книга. – Нальчик, 2008. – 416 с.
5. Сулейманов Ахмад. Топонимия Чечни. – Нальчик: Изд. центр «ЭЛЬ-ФА», 1997. – 684 с.
6. Алкадари Гасан-Эфенди. Асари Дагестан. – Махачкала, 1994. – 224 с.
7. Шихсаидов А.З., Айтберов Т.М., Оразаев Г.М.-Р. Дагестанские исторические сочинения. – М.: Издат-я фирма «Вост. лит», 1993. – 302 с.
8. Акаев В.Х. Первый проповедник ислама из числа чеченцев (об утверждении ислама в Чечне Берса-шейхом) // Вести Республики. – 2012. – 27 июля.

Вайнах, №9, 2014.

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх