15.05.2015

Прометей во плоти.

Большинство людей к старости начинают поддаваться болезням: одни – раньше, другие – позже. Воспринимают они «сдачу» своих позиций также по разному: одни – болезненно, другие – спокойно и стойко, считая это естественным процессом, а третьи – не смиряются с постигшей их участью, и по привычке проявляют активность, в свойственной им манере.

Именно такие люди вызывают у меня восхищение! Они не цепляются за жизнь, как многие в этом возрасте. Не жалуются и не ноют. Они знают – все в воле Творца! Они стремятся лишь за оставшееся время сделать как можно больше в той области, которой отдали всю свою сознательную жизнь!
Но что может сделать, к примеру, больной человек преклонного возраста, которому уже за семьдесят, если даже прожил богатую событиями жизнь; человек, занимавший видное положение в своей области – геологоразведке нефтегазовых промыслов бывшего Союза ССР, проведший к тому же, более 26 лет в Тюмени в поисках новых месторождений; человек, возглавлявший в свое время Министерство нефтяной промышленности Чечено-Ингушской Республики; ученый с именем?!
Найдутся люди, способные скептически отнестись к «возможностям» такого человека. Даже те, которые считали за честь находиться рядом с ним, во времена его взлета, забывают о его существовании. Такова – горькая правда жизни!
Жизнь каждого человека – это маленькая история народа. Из вклада каждого складывается целостность истории. Сколько знаменитых людей покидает этот мир, унося с собой свой жизненный багаж, опыт, свои воспоминания. К сожалению, тем самым открывается возможность для отдельных «патриотов» искривлять или трактовать историю народа на свой лад.
И тем ценнее, когда отдельные личности, не являвшиеся в прошлом писателями или поэтами, в зрелом возрасте обращаются к писательскому труду: перекладывают на бумагу свои чувства, свое понимание окружающего мира, прожитую жизнь! Этим они несут воспитательную функцию для подрастающего поколения: весомый нравственный вклад в развитие личности, всегда вызывает чувство гордости и патриотизма.

ЗармаевСказанное имеет прямое отношение к Зайнди Дурдиеву, моему земляку и родственнику по матери, жизнь которого является ярким образцом беззаветного служения своей отчизне, а для меня – достойным примером для подражания.
Мужество человека проявляется не только во времена великих потрясений, но и в обыденной жизни. Я узнал, что Зайнди болен и находится на лечении в Москве. Увидел его спустя некоторое время, после не совсем удачной операции на почки. Было не привычно видеть его с тростью, передвигающегося по комнате не твердой походкой с плохо слушающимися руками. Был бледен и худ. Сердце защемило. Но все это отошло на задний план, как только он заговорил о своих творческих планах. Звонкая речь, сопровождающаяся коротким смехом и горящие глаза, не увязывались с болезненным состоянием. Он, как «проснувшийся вулкан», говорил все, говорил – пока, после моих нескольких попыток не понял, что я устал…

После этой встречи, спустя несколько месяцев, я поймал себя на мысли, что постоянно думаю о Зайнди, как о неординарной личности. И в очередной раз, когда созвонились, сказал ему, что хочу написать о нем. Он, в свою очередь, предложил написать о некоторых знаменитостях – выходцах с нашего села. В этом проявилась скромность его. Но я хотел написать именно о нем, и с этой целью напросился на интервью. В назначенный день мы встретились…
Зайнди представляет то поколение чеченцев, которое испытало в свое время трудности депортации, восприняло с благодарностью возвращение народа на свою историческую родину после высылки, и с огромным желанием и жаждой к знаниям включилось в созидательный труд, в соответствии с лозунгами коммунистической партии Союза ССР. Именно этот отрезок времени, совпавший с его становлением как личности, определило дальнейшую судьбу, мировоззрение и мироощущение. Он верил тому, что выполняя свой долг, укрепляет мощь страны.

И поэтому не случайно у этого поколения, распад могущественной страны, и хаос, порожденный перестройкой, сопровождавшийся трагическими событиями, и изменением всей политики страны, выбили почву из под ног. Оно оказалось, в массе своей, незащищенным, растерянным, беспомощным, и с трудом вписывалось в «новый» порядок, не желало примиряться с теми безобразиями, которые наблюдались в политике, экономике, социальной сфере. Но двадцатилетний отрезок такой жизни, наложили свой отпечаток. Поколение состарилось, поредели ряды, замучили «болячки», но не смирилось. И яркий пример тому – Зайнди Дурдиев.
По его словам, он родился в бедной крестьянской многодетной семье, члены которой, достигшие 16 лет и более, обязаны были трудиться в колхозном производстве (в поле, на ферме, на разных работах).
«Не было ни одного дня в нашей семье, чтобы родители не думали чем прокормить семью».
Колхозный труд по своей социальной защищенности был хуже, чем при крепостном строе в России. Оплата производилась один раз в год натуральной продукцией (зерно, сено, овощи), количество которой зависело от трудодней и погодных условий. При этом государство не гарантировало колхознику помощь при неурожае. «В нашей большой семье, как и в других, дети в школе не учились. Если начинали учебу, то заканчивали ее после четырех классов, или, в крайнем случае, в шестом-седьмом классе».

Дети в чеченской семье в те годы были предоставлены самим себе. О значении и роли образования, просвещения, профессиональной подготовки, культуры и искусства, сельский житель имел лишь смутное представление. Вот на этом фоне и был выселен 23 февраля в 1944 году весь народ. При этом на сбор вещей в дорогу, то есть ручной клади, было дано всего 10-15 минут. Все имущество было оставлено на произвол судьбы. Старших мужчин под конвоем, как арестантов, сначала вывели из села, а затем, вместе с семьями доставили на железнодорожные станции, погрузили в обычные товарные вагоны, абсолютно не пригодные для проживания даже на одни сутки, и отправлены в Казахстан и Среднюю Азию.
«Нашей семье, как и тысячам других, не повезло. Нас привезли в Северный Казахстан в трескучие морозы. По пути гибли люди. Поезд периодически останавливали, чтобы выгрузить трупы. Их оставляли по обе стороны железной дороги».
О лишениях, которые испытал чеченский народ в течение 13 лет в ссылке, написано и еще напишут немало. Не останавливаясь на этих трагических событиях, я задал свой первый вопрос:

– Скажите Зайнды, что вам нравится и что не нравится в нынешних временах?

– Мне радостно, я счастлив, что с начала двадцать первого века, наконец, в Чечне, наступили мир и спокойная жизнь. После страшных потрясений, трагедий, войн, репрессий, депортации в девятнадцатом и двадцатом веках, и братоубийственной войны в конце двадцатого века, наш народ нашел в себе силы, мужество, пережить человеческие потери, разрушения. Доказал народам Земли, что чеченцы не уступят свою свободу, не продадут и не изменят национальную самобытность, не изменят своей Чечне.
За короткое время наш народ сплотился в единую семью под руководством патриотов, – выдающихся организаторов Ахмад-хаджи и его сына Рамзана Кадыровых и их верных сподвижников, сумел не только восстановить разрушенную Чечню, вернуть в каждый дом и семью мир и счастье, но и небывало преобразить города, села, поселки всей республики.
Один журналист из центра сказал мне на радостях: «Вам, чеченцам, завидуют ваши соседи, а во всем мире вами восхищаются доброжелатели». Мне нравится, что наступило время свободы. Люди могут выезжать в другие страны на постоянное место жительства или учебу. Этого мы были лишены в Советское время. Многие возвращаются, но уже более высокообразованными. И это не может не сказаться плодотворно на жизни и политике республики.
А не нравится мне вот что: Россия одно из государств мира, которое обладает и владеет огромными минерально-сырьевыми и природными ресурсами. Тем не менее, по оценке международных аналитиков, по экономическому потенциалу и уровню социального благосостояния и защищенности населения, страна стоит на шестьдесят седьмом и сорок втором местах, соответственно.

Как ведущий специалист в своей профессии, я недоволен тем, что в Чечне не на должном уровне поставлена научно-исследовательская и поисково-разведочные работы в области топливных ресурсов – нефти и газа. Мало что делается для восстановления нефтяной промышленности и ее научно- исследовательской базы. Я возмущен состоянием сельскохозяйственного производства. В Чечне около трехсот тысяч гектаров пахотных земель, более ста восьмидесяти тысяч гектаров пастбищных угодий (степи, полупустыни, альпийские луга). По информации местных органов, да и сам я очевидец, большая часть земель не вовлекается в сельскохозяйственный оборот. Много безработного сельскохозяйственного населения.
Внушает тревогу положение в сфере высшего образования в республике. Много студентов не посещают занятия, не получают должных знаний. А ведь молодежь – будущее нашей республики. Я говорю об этом потому, что беседовал со многими преподавателями и студентами.

По сведениям академиков Академии наук Чеченской Республики производством не востребованы новые разработки, и не практикуется выполнение договорных работ по разным темам, проблемам: нефтяного производства, сельского хозяйства, использования природных и сырьевых ресурсов, здравоохранения, образования, истории… У нас нет общественных, инженерно-технических работников, учителей, медиков, которые активно трудились бы с государственными институтами, учреждениями, и обсуждали бы проблемы жизни, быта, вопросы социального характера и т.п. Это безразличие интеллигенции накладывает отпечаток на нашей жизни.

– Как вы оцениваете свое здоровье, и есть ли надобность указывать чиновникам на их ошибки?

– Говорить, что кто-то допустил ошибку, например, действуя безответственно при проведении мне операции – было бы неприлично. В работе любой бывают промашки. Гарантии стопроцентной нам не даст никто. Моя болезнь – продукт времени, эпохи, которую пережили, испытали, перенесли мои сверстники.
Я достаточно здоровым и энергичным приехал (в тридцать четыре года) на Крайний Север, где жизнь осложнялась не только лютыми морозами, дефицитом кислорода в атмосфере (пятнадцать процентов), но и отсутствием нормальных жилищно-бытовых и социальных условий.

С начала зарождения Советской власти был один лозунг – покорять природу, дать стране нефть, уголь, строить железные дороги, города, при этом быт покорителей, строителей коммунизма, в основном, проходил в палатках, полевых вагончиках, на мерзлой земле. И здесь сохранить и сберечь здоровье удавалось не каждому. Спустя десятки лет такая жизнь и аукнулась болячками. Моя участь постигла тысячи и сотни тысяч покорителей Севера и Дальнего Востока. Поэтому, жаловаться не будем. А будем бороться доступными средствами, не теряя мужества, воли. Слава Аллаху, моя голова пока соображает; мысли и память позволяют заниматься и наукой и творческой деятельностью.

– Какие приоритеты вы видите для Чечни, для поднятия ее экономики?

– Приоритеты определяют те богатства, которые имеет республика, и которыми, к сожалению, пока пользуемся не совсем умело. В вину это никому не ставлю, ибо мы потеряли многое из-за прошлых трагических событий. Наша республика богата не только наземными природными богатствами (плодородные почвы, богатый растительный мир, горные реки, леса, горные альпийские луга), но также и запасами нефти, газа, термальных и минеральных источников. Кроме того, в горах и предгорьях неисчерпаемые богатые твердые ископаемые – сырье для производства строительных материалов, стекла и многого другого. Но самое великое достояние нашей Чечни – это плодородные земли с различным почвенным покровом, на которой можно развернуть всевозможное сельскохозяйственное производство. И народ наш, сам по себе, с испокон веков был привязан к земле, и даже в древнейшие времена кормил соседей.

Конечно, реальными стратегическими ресурсами для развития современной индустрии, остаются нефть и газ, а также богатые термальные воды. Наряду со сказанным нужно строить и развивать и другие отрасли. Большие возможности имеет туризм. Не тронутыми цивилизацией, первозданными остаются наши горы, которые привлекают тысячи туристов. Следовательно, необходимо создать соответствующую инфраструктуру. Радуюсь, что уже начато строительство крупных оздоровительных баз, курортов, горнолыжных объектов. Ну и, конечно, особое внимание нужно уделять вопросу подготовки кадров. Поднять на более высокий уровень образование, просвещение, развивать любовь к искусству, зодчеству.
Ясно одно – не следует вариться в собственном соку. Надо обмениваться опытом с другими регионами и странами. Развитие любых отраслей – промышленности, медицины, образования, сельского хозяйства – освоение минерально-сырьевых и природных ресурсов, должно базироваться на научных изысканиях и разработках. Поэтому, в республике нужно срочно создавать отраслевые научные учреждения, институты, лаборатории. Надо идти в ногу со временем.

Я прожил интересную жизнь, достиг определенных результатов и многое видел. Это и дает мне право для такого видения. Я горжусь, что за двадцать лет работы в разведке нефтяных и газовых месторождений Тюменской области и Заполярья, в качестве начальника цеха, отдела, начальника нефтегазоразведочной экспедиции, главного геолога Объединения «ЯмалНефтегазГеология», с моим участием открыто более тридцати месторождений нефти и газа, подготовлено около двадцати триллионов кубометров природного газа. Нашими научными исследованиями установлена перспективность поиска нефти в юрских (один из геологических периодов) отложениях Арктического бассейна Заполярья Тюменской области. Эти исследования легли в основу моей кандидатской диссертации. Как активный участник, внесший большой вклад в освоение Западной Сибири, отмечен в энциклопедическом издании «Биография великого подвига», подводящего итоги пятидесятилетия открытия нефти и газа в западной Сибири. В тысяча девятьсот девяносто первом году, после государственных «перестроек» я вернулся в Грозный и в феврале тысяча девятьсот девяносто второго года был назначен на пост министра нефтяной и химической промышленности Чеченской Республики.

Как профессионал в области нефтяной экономики могу свидетельствовать: при нынешней правовой, производственной, научной, исследовательской и финансовой форме управления, нефтяная промышленность Чеченской Республики, как экономическое предприятие, долго не продержится на плаву, по ряду причин. Судите сами. По договору с Федеральными органами Чеченское ОАО «Грознефтегаз» не имеет своих подразделений: научно-исследовательских предприятий бурения скважины, не может выступить со своей программой развития геологоразведочных работ, привлекать инвестиции, специализированные предприятия, заключать договора, получить кредит и так далее. Такое положение и привело за последние шесть-семь лет к снижению нефтедобычи с двух с половиной миллионов тонн – до ноль целых, четыре десятых миллионов тонн. Причем, за это время не пробурено ни одной разведочной скважины. Я вышел с обстоятельной запиской по данному вопросу в Правительство нашей республики, в которой предложил реальные шаги к тому, чтобы мы имели право управления и организации нефтяной индустрией, как самостоятельное предприятие по примеру «Татарстаннефть» или «Башнефть». Я остаюсь в строю и хочу быть полезным для своей республики и своего народа…

Уходя от Зайнды, я пожелал ему скорейшего выздоровления и удачи во всех начинаниях. Я шел по проспекту имени Кадырова со смешанными чувствами. Слева от меня высились ультрасовременные небоскребы, которые поражали воображение своим величественным видом. «Жизнь продолжается», – сказал я сам себе, и тут же поймал на мысли – это же ведь фраза Зайнды Дурдиева, из названия его первой повести, изданной в Москве много лет назад. И тут же предстало перед глазами его доброе одухотворенное лицо, излучающее внутреннюю силу и тепло.

Беседовал Али ЗАРМАЕВ.

Вайнах, №1, 2014.

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх