05.05.2015

Мансур Джургаев. Аристократы. Триумф и трагедия рода Дубаевых.

Пожа Дубаев был одним из десяти сыновей наиба Шамиля Дубы Джукаева. Получил, вместе с несколькими своими братьями, военное образование в Санкт-Петербурге. Пользовался особым доверием у членов царской семьи. Учился вместе с великими князьями. Пожа был в близких отношениях с цесаревичем Николаем – последним императором России. Молодым офицером Дубаев служил в Петербурге в гвардейских частях. Затем в чине полковника был приставом в Сибири и в Кавказском округе.

«Руководство Временного Правительства предлагало ему должность своего представителя на Северном Кавказе, но он отказался, заявив, что присягал государю-императору и присяге не изменит.
Пожа Дубаев до конца своих дней оставался убежденным монархистом, а убийство царской семьи воспринял как личную трагедию. В конечном счете, его расстреляли большевики.

Почти все сыновья и внуки Дубы, а вместе взятых их было 55 человек, стали офицерами. Многие служили в элитных частях в Петербурге. Они активно участвовали в русско-турецкой, русско-японской, русско-германской войнах. Они воевали в составе Дикой дивизии. Участвовали в знаменитом Брусиловском прорыве и имели звания от прапорщика до полковника, были удостоены высших наград.
В Гражданской войне Дубаевы не участвовали. Тем не менее в 1930-е годы практически одновременно был арестован и уничтожен в застенках НКВД 21 человек из этого рода. Все офицеры.
Их имения разрушили и сожгли, имущество разграбили, земли конфисковали, их семьи спаслись, укрывшись от преследования властей у близких и родственников. Большинство Дубаевых поменяло фамилии на Пожаевых, Ахмадовых, Магомадовых. Юнусовых…

Однако выжившие из этого рода сражались на фронтах Великой Отечественной войны. Один из них – Мохдан Юнусов воевал с первого дня войны и прошел, не роняя чести, от Ростова до Берлина, участвовал в штурме Рейхстага. О проявленном им героизме свидетельствуют два ордена Красной Звезды, орден Красного Знамени и десятки медалей …
В настоящее время потомки Дубы Джукаева в своем большинстве живут в селении Алхазурово, Живут, следуя кодексу чести, завещанного им славными аристократичными предками».

(из книги Мусы Гешаева «Чеченский след
на российском снегу» стр.25-26)

Шамиль искал поддержку у чеченцев. Встретился он однажды в Улус-Керте со знатным по тем временам человеком по имени Джука. Имам был в восторге от стати, ума, этикета его могучего ростом сына, звали которого Дуба. Шамиль уговорил Джуку отдать ему на службу своего сына.
Так, по повериям, Дуба сначала стал помощником наиба, а вскоре и наибом. В этом качестве он проявил себя как зрелый государственный муж. Хутор, заложенный им на гряде по-над Улус-Кертом, со временем преобразовался в большое село и названо оно его именем – Дуба-Юрт.

Заложенный им же рядом другой хутор сегодня зовется Чир-Юртом. Заложил он и еще один хутор, о котором отдельный рассказ.
Подросли со временем у Дубы, уже генерала, десять сыновей: Сапарби, Абдулла, Апти, Магомед, Гуги, Ази, Абдул-Межид, Ибалу, Хаджи-Мурад и Пожа.

Вообще-то, подлинное имя последнего не Пожа, а Абдул-Кедар. Стоит, однако, рассказать, как за ним укрепилось второе, ставшее главным, имя. Шел жестокий бой царских войск с полками Дубы. Русские солдаты получили приказ уничтожить весь его род, и грудных младенцев в том числе. И вот один из них в пылу боя напоролся на женщину с ребенком (как выяснилось потом- жену Дубы). Мать солдат застрелил, а ребенка пожалел.

Когда же Дуба, сквозь сражения подоспел к этому месту, увидел он своего Абдул-Кедара, пригревшегося в куче конского навоза. Он высоко поднял его и громко воскликнул: «Отныне твое имя Пожа!» (Пхьаж по-чеченски-конский навоз). Серьезный из него вырос мужчина – громадного роста, решительного нрава. Впрочем, достаточно взглянуть на публикуемый снимок, чтобы в этом убедиться. Но как оказались рядом брат царя и сын Дубы, да еще в качестве друзей (слева на снимке: Великий князь Константин Романов)? Долго об этом рассказывать. А посему вкратце.
2222222222После пленения Шамиля Дуба еще несколько лет не складывал оружия. Царь, естественно, искал путей сближения с ним. Через сложные дипломатические переговоры это удалось. И тогда жаловал царь Дубе офицерское и дворянское звания, и поместье в 500 десятин. Но почему-то случилось так, что вместе 500 десятин отмеряли 1000 десятин. Случилось это так. Зачитав царский указ, чиновник, оторвавшись от рескрипта, неожиданно, с этаким куражом, обратился к Дубе:
– Ну что, не жалеешь, что прекратил сопротивление самодержавию?

– Жалею! – последовал тут же ответ.
Участники церемонии со стороны властей стушевались, процесс был скомкан – все разъехались в разные стороны. Естественно, было доложено царю о случившемся. Александр II по достоинству оценил это и велел «добавить к вышеуказанному еще 500 десятин». Оценил этот поступок царя и Дуба. Когда последовало высочайшее предложение отдать на учебу в Пажеский корпус (мечта всех юношей из высокопоставленных дворянских семей России) одного из его сыновей, то отец остановил свой выбор на Поже. Вот так в Петербурге и познакомился, а потом и сошелся он с августейшей семьей Романовых.

После служил Пожа приставом в крепости Шатой. Любопытная история произошла до того, как его перебросили в Сибирь. Дело было так. Командующий гарнизоном генерал(?) был резок и позволял себе, даже в обращении с офицерами, грубость. Вот и с приставом Пожой Дубаевым позволил он себе однажды такое. И хорошо, что генерал проявил завидную прыть, увернувшись от сабли, в мгновение ока просвистевшей над его головой. Перед вбежавшей охраной предстала довольно-таки необычная картина: разрубленный надвое стол и генерал, верещавший из под обломков.

Так он попал в Сибирь, нет, не в ссылку, а на должность пристава края, другими словами – государева ока. Вскоре, однако, он был возвращен для прохождения дальнейшей службы на Кавказ, в Грузию. Позже стал кадровым офицером и другой сын Дубы – Абдула, а его сын Абдул-Вахаб – легендарным ротмистром и полным Георгиевским кавалером, глазом не моргнувший под пытками в чекистских застенках Советской власти. Блестящими старшими офицерами зарекомендовали себя многие внуки Дубы, в числе которых Изнаур (Изу), Юсуп, тот же Абдул-Вахаб… Всего же от десяти сыновей он имел 38 внуков: Донда, Шамсти, Дауд, Жамалди, Абдул-Вахаб, Баду, Муда, Юсуп, Юнус, Исик, Изу, Абубакар, Муслим, Шапа, Яхья, Сулима, Сула, Ибрагим, Ахмад, Рамзан, Сила, Тума, Мохмад, Ахмад, Хамид, Усама, Садик, Иса, Тута, Эла, Умар, Усман, Ахьмад, Халид, Хасан, Эла, Умар, Мухмад.

Такое скрупулезное перечисление не случайно, все они выросли умными и полезными чеченскому обществу людьми: офицеры, священнослужители, ученые, политики, предприниматели, специалисты всех отраслей хозяйства. Всех их отличало благородство, благочестие и высокая добропорядочность. Это были истинные аристократы, цвет земли чеченской.
Однако с приходом Советской власти за Дубаевых за их несговорчивость взялись основательно. Разбросали их по лагерям и камерам пыток, а молодую поросль в 1934 году загнали в пески голодной степи, что между пустынями Кизыл-Кум и Моюн-Кум. А хутор Дубаево, чтобы стереть память о героическом и благородном клане, переименовали в Алхазурово.

Сегодня в этом селе вы в встретите много разных фамилий которые носят славные потомки Дубы в четвертом и пятом поколениях. Есть в историческом центре села живописная площадь – все дома вокруг нее принадлежат благородным отпрыскам Дубы Джукаева, а также здесь находится семейное, дубаевское кладбище, у входа на его территорию совсем недавно установлен мемориальный памятник Дубе.
Козни властей не остановились на том, что переименовали хутор. Из республиканского музея, грубо говоря, выкунули папаху и чоху, великого в чеченских масштабах, наиба и полководца, а также документы, свидетельствовавшие о его сражениях и реформах. И наклеили на него ярлык реакционного деятеля.
Сегодня он оправдан историей, настало время вернуться к вопросу о возвращению селу Алхазурово прежнего названия – Дубаево. Что касается Алхазура, чьим именем оно названо то неизвестен он в нашем крае. Кого ни спроси об этом, слышишь один ответ: «А разве не знаменует это обстоятельство, что здесь, в живописном предгорье, много птиц (олхазараш)?» Дуба же – строка, а скорее всего, целая глава в нашей истории, родоначальник могучего рода, с одиноковой стойкостью перенесшего и триумф, и трагедию.

И в заключение. О неизвестном и малоизвестном. Всем нам хорошо известен факт, как Шамиль пошел сдаваться и Байсангур потребовал от него вернуться, наведя тому в спину пистолет. И он, Байсангур, готов был его разрядить. Героя от этого акта остановил окрик Дубы – так гласит семейное предание Это из семейной хроники его потомков. И еще. Породниться с Дубой считали за честь самые видные люди того времени. На внучках Джукаева женились известный маршал артиллерии России Ирисхан Алиев и религиозный светоч Дени Арсанов – за ним была дочь Пажи Дубаева. А за моим прадедом Юсупом Хаджи Саясанским-Джургаевым была дочь другого сына Дубы – Магомеда по имени Сану.
И я трепетно несу в своем сердце осознание и своей причастности к Дубаевым.

Вайнах, №9, 2014.

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх