Лиза Адмисиева. Развитие внутренней и внешней торговли на прилинейных территориях* (XVIII – первая треть XIX в.)

В XVIII – первой трети XIX века продолжают развиваться торгово-экономические связи горцев с казаками и жителями прилинейных территорий. Главными предметами торговли горцев были традиционные товары: бурки, чекмени, башлыки, арбы, колеса, продукты животноводства, земледелия и охоты. Из России привозили ткани, ножницы, булавки, зеркала, ремесленные изделия, домашнюю утварь и др. Несмотря на всевозможные запреты и ограничения, развитию торговли способствовали всевозможные ярмарки, которые устраивались в прилинейных городах и селах.

Освоение степного Предкавказья происходило в период, когда в экономической жизни России стали происходить важные перемены. По мере роста производительных сил страны углублялось общественное разделение труда, происходила дальнейшая специализация хозяйственных районов Российской империи. Это способствовало развитию обмена товаров между разными регионами и расширению внутреннего рынка.
Товарно-денежные отношения начинают проникать во все отрасли хозяйства, они меняют присущие крепостному строю натурально-хозяйственные отношения. Растет население городов, повышается спрос на хлеб, мясо и другие сельскохозяйственные продукты. Вместе с тем появляется необходимость в укреплении и расширении торговых связей между центром и аграрными окраинами страны, которые поставляли все в большем количестве продовольствие и сырье в обмен на промышленные товары.
Вопросам развития экономических отношений в Предкавказье, в частности на Северном Кавказе, в дореформенный период уделили определенное внимание такие исследователи, как А.В. Фадеев, Н.П. Гриценко, Т.Х. Кумыков, М.С. Тотоев, В.Г. Гаджиев, А.И. Хасбулатов, Ш.Б. Ахмадов, Л.Б. Заседателева и др. Некоторые дореволюционные авторы в той или иной степени также касались вопросов развития торговли и торговых связей населения прилинейных территорий с кавказскими горцами и внутренними губерниями России (С. Броневский, И. Дебу и др.).

В свое время еще Петр I считал, что Северный Кавказ в перспективе сыграет большую роль не только в усилении военного могущества России, но и в развитии торговли на Ближнем Востоке. К началу XVIII в. бывший торговый центр края город Терки пришел в упадок. Когда в 1724 г. сюда приехал Петр I, Терское войско, составлявшее основное население города, насчитывало не более 200 человек. Новым крупным торговым центром стала крепость Святого креста, заложенная в этом же году на Аграхани в 20 км. от устья реки Сулак. Однако она прослужила недолго. Местоположение крепости оказалось не совсем удачным…
Следующая крепость была заложена в 1735 году на месте урочища Кизляр, где издавна шла в основном меновая торговля с затеречными кавказскими народами. Здесь же селились прибывшие из Закавказья грузины и армяне, которые занимались шелководством и виноградарством1. Также предместье Кизляра осваивали горцы, переселившиеся на равнину.

В 1735 г. был основан город Кизляр, который вплоть до первой трети XIX в. выполнял роль экономического и политического центра большей части Северного Кавказа. Кизлярские торговцы устанавливают прочные торгово-экономические связи с кумыкскими и чеченскими селениями, расположенными в радиусе 100-200 верст от города, а также с Дагестаном, Северной Осетией и Кабардой. Так, например, шерсть, закупавшаяся большими партиями в Кабарде, сухопутным путем через Кизляр отправлялась в Астрахань и далее во внутренние российские губернии. Наиболее интенсивными были связи Кизляра с крупными кумыкскими и чеченскими селениями Эндери, Аксай, Костек, Тарки, Брагуны и Старый Юрт. Из этих селений, а также ногайских хуторов и из Большой Кабарды «за неполных семь месяцев 1754 г. было вывезено в Кизляр товаров на 4 859 руб. 63 коп.»2.

С середины XVIII века наблюдается оживление торговых отношений народов Северного Кавказа с Россией. В торговлю были вовлечены не только жители городов и линейных станиц, но и горцы, а также армяне, грузины, греки. Продавалось все, что имело спрос: колеса аробные, шкуры диких животных, воск, мед, пшеничная и просяная мука, горское сукно, бурки, ружейные замки, глиняная посуда, шерсть, овчины, войлок, кожи домашних животных и многое другое.
В 1753 году в целях развития торговли в стране правительство отменило сбор внутренней пошлины и повысило пошлины на товары, вывозимые за пределы страны. Так как горцы на Северо-Восточном Кавказе приравнивались к иностранцам, то за товары, продаваемые в Кизляре, им приходилось платить торговую пошлину. В 1755 году правительственным указом была создана кизлярская таможня, которая следила за ввозом и вывозом русских и иностранных товаров и собирала торговые пошлины.

Хотя горцы и линейные жители торговали в обход таможни и карантинных застав, этот указ отрицательно сказался на экономическом положении не только горцев, но и жителей Кизляра. На тягость торговых пошлин стали жаловаться и представители местных горских верхов.
К середине 60-х годов XVIII века политические отношения между Россией и Турцией снова обострились. Учитывая все эти обстоятельства и прежде всего для того, чтобы привлечь на свою сторону горские народы, российское правительство пошло на уступки горским народам в области торговли. Поощряя развитие торговли на Северо-Восточном Кавказе, в 1765 году вышло распоряжение, по которому кумыки, кабардинцы и другие горцы региона могли торговать в Кизляре беспошлинно.
В начале XIX века российское правительство продолжало поощрять торговлю с горцами, о чем свидетельствуют донесения на имя кизлярского коменданта: «Чеченские старшины и все их общество в письме своем ко мне уведомляют, что назад тому пять лет в бытность комендантом в Кизляре полковника Ахвердова для безопасности производства их купечеством торга сделаны были между ими и Ахвердовым условия, по силе коих даны были им и аманаты; но что после условия сии якобы от нас нарушены – по чему и предписываю вашему высокоблагородию приказав тотчас отыскать сии условия в комендантских делах не замедлить представлением онаго на мое рассмотрение»6. (Орфография и пунктуация в цитатах соответствует источникам – А.Л.) Брагунский владелец Султан Асламбеков говорит о заготовке леса жителями его (брагунской) деревни и просит о пропуске через кордон, чтобы сплавить лес по Тереку в Кизляр. Такое разрешение было дано3.

Кизлярские купцы вели активную торговлю на Кавказской линии. Так, например, с 1805 по 1807 г. включительно на этой Линии кизлярскими купцами было продано горцам различных товаров на сумму 638 526 руб., а куплено у них же сельскохозяйственных продуктов и изделий ремесла на 489 526 руб.4
Гребенские и Терские казаки, как известно, добывали корень марены. В свое время еще Петр I отмечал великолепные красящие свойства марены и обращал внимание российских купцов на необходимость использования в текстильной промышленности этого естественного красителя. Кизлярские купцы скупали марену у казаков, горцев и других сборщиков за бесценок и вывозили далеко за пределы Северо-Восточного Кавказа, где перепродавали ее уже по более высокой цене. Прибыли от продажи марены были настолько велики, что появляются посредники между ее собирателями и фабрикантами. А «некоторые… владетели, подняв цену на марену, заключали договоры с русскими промышленниками на право сбора ее на территории их владений»5.
Из конопли гребенские казаки делали знаменитую гребенскую пеньку, которую продавали «каждый пуд по четыре рубля». Интересно, что они не применяли прялок и веретен, а обматывали пеньку вокруг себя.

В 1815 году в Кизляре насчитывалось 8 кустарных кожевенных «заводов», где из бараньих кож выделывали сафьян и мешину, 15 свечных «заводов», изготовивших за год 11 417 пуд. свечей6.
Зачастую казаки и горцы из близлежащих к Кавказской линии селений производили в своем хозяйстве больше продуктов животноводства и сельского хозяйства, нежели им было необходимо для пропитания. Реализовать избыток этих продуктов позволяли ярмарки, которые устраивались в городах и некоторых селениях вдоль Кавказской линии. Например, в городе Георгиевске ежегодно проходили по две ярмарки: одна 9-го мая, другая – 1-го октября. Автор начала XIX века писал об этих ярмарках, что «на сии ярмарки иногда съезжаются иногородние с товарами купцы, а по большей части сельские жители, которым также назначено продавать свои товары, и всякую неделю по субботам»7.

Ярмарки устраивались и в помещичьих селениях. В селе Привольном, принадлежащем Зотову, проходили по две ярмарки: 9-го мая и 6-го декабря, которые продолжались по три дня. В селе Александровка, принадлежащем графу Воронцову, устраивались по три ярмарки в год: 1-го марта, 6-го мая и 14-го сентября, которые также продолжались по три дня.
В Кизляре не устраивались ярмарки, как в других городах Кавказской губернии. Но в городе было три рынка для постоянной торговли. В лавках, которых насчитывалось 250 (по другим данным – около 200), продавали бархат, парчу, позументы, штофы, недорогое сукно; встречалась кисея и полотно, но большей частью продавался недорогой товар, необходимый в повседневной жизни для сельских и городских жителей как в российских пределах, так и за кордоном.
Жители, приезжавшие из уездных сел и городков, на этих рынках продавали овечью и верблюжью шерсть, пшеницу, пшено, хлопчатую бумагу, шелк, корень марены и др. Прибывавшие из-за Кавказской линии горские и плоскостные жители привозили на продажу хлопчатую бумагу, марену, куньи меха, мед и фрукты. Эти товары из Кизляра перекупщиками отправлялись в Астрахань.

Автор начала XIX века писал: «…армяне торгуют в Персию с Дербентом, с Кавказскими народами в городе Тарке, и в кумыкских деревнях Индери, Брагуне и Костеке. Продают тамо в малом количестве бархаты, парчи, кармазины и разные позументы; а большей частью холст, выбойки, ленты, тесьмы, зеркальцы, разные стеклянные, медные и деревянные посуды, ножницы, ножи, иглы, булавки и прочие мелочи. На сии товары выменивают они звериные мехи, скотские кожи, так же из самого скота овец и коней, и сей торг, столько прибыточен, что из Кизлярских Армян «как говорят, иногда могут получить на один рубль 50 процентов. По такому выгодному торгу многие из них имеют видимые наличные капиталы, а некоторые из них находятся имущие, называющихся богатыми Астраханских купцов, употребляющих все свои капиталы для увеличения пользы, от торговых оборотов быть могущей»8.

В конце XVIII – начале XIX века в Кизляре существовало много торговых лавок, складов, гостиных рядов. К этому времени в городе были учреждены три гостиных дома: русский, армянский и татарский (последний для горских купцов). Это обстоятельство еще раз подтверждает мысль о том, что торговые отношения горцев с казаками и переселенцами не просто имели место, а они развивались полным ходом, несмотря на самодержавную политику царского правительства, которое придерживалось принципа «разделяй и властвуй» в отношении горских народов. Царское правительство всячески старалось не допускать сближения простых казаков, русских и украинских переселенцев с горцами.

На прилинейных территориях Северного Кавказа было развито виноградарство. Виноградные сады приносили хороший доход владельцам и служили хорошим подспорьем для людей, которые работали в этих садах. Географическое расположение Кизляра было очень удобным не только для торговли, но и для возделывания винограда, из которого делали винный спирт. Качество Кизлярского виноградного спирта высоко ценилось далеко за пределами Кавказской губернии. «…Сколько известно, то от Кизлярских садов и казацких по станицам разведенных, выходит из Кизляра виноградного спирта и водки больше 3.000 бочек (бочка – 40 ведер – А.Л.) Цена оному не равная бывает так, что в самом Кизляре продают каждое ведро или по 6 или 7, или по 8 рублей.., за сей спирт садоводы могут получить 720.000 рублей.., кроме вина, коего от них так же не малое количество в продажу выходит…»9

Вино, в основном, продавалось на ярмарках Кавказской и Астраханской губерний. Вывозили его в Москву и Санкт-Петербург, а также в Ригу и многие другие города. Надо отметить, что виноград возделывался для производства спирта и вина не только в Кизлярских садах, но и в селениях Гребенских и Терско-Семейных казаков.
Кроме спирта и вина, из Кизляра и окрестностей на продажу в другие губернии России вывозили быков, коров, овец и лошадей. Обширные пастбища и умеренный климат предкавказских степей благоприятствовали развитию животноводства в крае. Огромные стада коров и овец перегонялись во внутренние губернии России для продажи. Скот выращивали на продажу как кочующие народы, так и городские и сельские скотоводы.
Несмотря на то, что отсутствуют точные данные о количестве продажи скота, можно предположить, что, судя по количеству кочующих кибиток, в Кавказской губернии, например, предположительно продавалось скота на 700.000 рублей. Это не считая сельских дворов, которых насчитывалось в губернии более 10 тысяч и каждый хозяин мог выставить на продажу по три овцы и по три коровы, и столько же кочующие и горские жители. Овечья шерсть продавалась каждым хозяином по 250-300 копеек за пуд.

Кизлярское купечество развернуло обширную торговлю с горскими народами. Кизляр получал пшено, ремесленные изделия от чеченцев, кумыков и кабардинцев. Казаки привозили сюда вина, марену, овощи, фрукты. Из России вывозились холсты, крашеные ткани, зеркала. Также была налажена торговля с Персией, из которой вывозились ткани, ковры и другие товары.
Перевозку товаров, в основном, осуществляли представители кочевых народов. Пристав при кабардинцах, «трухменцах», ногайцах и других магометанских народах Макаров писал в 1802 году в Государственную Коллегию Иностранных дел, что ногайский народ «отправляет на собственных своих волах и лошадях перевозку разных товаров в окрестности г. Кизляра, наибольшею же частию собираемого весьма в знатном количестве виноградного вина и делаемого из того спирта и водок и во внутренние города Российской Империи»10.
Однако развитию торговли мешали высокие пошлины. Доставляемые из России холст, крашенины и прочие товары продавались без обложения пошлиной только в казачьих городках. В 1765г. Моздокский форпост был перестроен в крепость, которая сыграла большую роль в истории Кавказа. Сюда для торговли стали переселяться из Кизляра армяне и грузины. Вскоре население Моздока достигло таких размеров, что он был переименован в город.

Сфера влияния России расширилась к западу, вверх по Тереку. Колонизационную политику царизма на Северном Кавказе усиливали ее торговые и промышленные интересы. Стремясь задержать разложение крепостнической системы, царизм форсировал развитие феодальных отношений вширь и в то же время оказывал покровительство развитию отечественной промышленности и торговли путем расширения рынков сбыта и освоения источников сырья на окраинах империи.
В XVIII веке активизируется процесс возвращения части горцев (в том числе чеченцев и ингушей) на плоскость. С середины XVIII века особенно интенсивно происходит заселение земель по берегам Сунжи и Терека горцами (чеченцами по Сунже и среднему течению Терека – А.Л.). В 1747 г. жители селения Герменчук просили русские власти разрешить им поселиться на правом берегу Терека, что и было исполнено. В 1778 г. алдинское население перебралось на берега реки Сунжи, а через год чеченцы поселились против Наурской станицы, у Терека. В это же время, а возможно, и раньше, появилось на правом берегу Сунжи до 24 чеченских селений.

Царские власти разрешали горцам селиться напротив казачьих станиц, видимо, полагая, что таким образом легче будет контролировать их. В Указе от 9 мая 1785 года говорится: «2. Полезным признаем Мы исподволь заводить в близости подгорных народов Нам подданных города, для обуздания своевольных и для надежнейшего сохранения внутреннего в них порядка. Мы удостоверены, что в краткое время и сами они ощутят пользу из сего заведения, и найдут собственную их выгоду в причислении их под управление, нами учрежденное, участвуя в оном выбором Судей по званию и состоянию их; но для сего нужно, чтоб они в торге, промыслах и прочих позволенных упражнениях имели полезную свободу и чтоб военные и гражданские начальники не стесняли их в том ни под каким видом, но паче всяким благодеянием и помощию их подкрепляли».11

Примыкавшие к Кавказской линии свободные земли заселялись кабардинцами, осетинами, калмыками и русскими людьми. Продолжали развиваться торговые отношения горцев с казаками и русскими переселенцами, а также с жителями внутренних губерний России. Горцы меняли кожу, воск, шерсть, лошадей и прочее на продукты и изделия казаков и русских ремесленников. Черкесы же в те времена не нарушали спокойствия своих соседей, так как их никто не притеснял. «Капканы даже, говорят они (род сети или узла, употребляемый для ловли лисиц), русскими в лесу расставленные, оставались в целости и черкес, пойманный своими собратьями в похищении оного, без наказания никогда не оставался. Они свободно пасли великие свои стада на лугах, находящихся у подошвы гор и простирающихся довольно далеко к нам, и пока мы (представители царской власти – А.Л.) не вмешивались в их дела, они пребывали спокойны».12
Властям было выгоднее приобретать продукты сельского хозяйства у горцев, нежели завозить их из внутренних губерний, что обходилось значительно дороже. Для привлечения горцев к торговле на Линии властями еще в 1780 году предпринимались определенные шаги. «…Для приласкания кабардинского народа к Российской стороне велено было построить на Моздокской Линии для произведения мелочными товарами торгу в крепостях Ставропольской, Георгиевской и Моздокской на казенную сумму к поклаже товаров анбалы, а для продажи оных лавки».13

Описывая процесс развития городов Северо-Восточного Кавказа, профессор Н.П. Гриценко отмечает, что здесь были развиты многие отрасли сельского хозяйства, которые давали прибавочный продукт, и называет ассортимент товаров на кизлярском рынке: пшеничная мука поступала в Кизляр в основном из России; овса на кизлярском рынке продавалось мало, для лошадей покупали ячмень, который привозили горцы.; мед, воск, сливочное масло, скот для убоя также привозили горцы; российское пшено и горох, свежую капусту продавали казаки, а сорочинское пшено также привозили горцы; чечевица в Кизляр привозилась «заграничными татарами»; бобы, арбузы, дыни, овощи продавали кизлярские горожане; рыбой и икрой торговали армяне, кумыки и горцы. На кизлярский рынок привозили гусей, индеек и кур. Из России поступали гречневая крупа и постное масло. В городах Кавказской губернии продавали лошадей большими партиями – от трехсот до тысячи и больше голов. Через Кизляр они шли в Россию и Иран.

Скотоводство являлось традиционной отраслью хозяйства горцев. Казаки и русское население, поселившееся на Кавказской линии, также занимались животноводством. Продукты этой отрасли хозяйства находили широкий сбыт на казлярских и других рынках и ярмарках.
В 80-90-ые годы XVIII века сухопутная торговля через Кизляр достигла чуть ли не уровня торговли морским путем. Кизляр играл роль важного транзитного пункта на Северном Кавказе. Одной из доходных статей в торговле с Россией и соседними кавказскими народами у чеченцев и ингушей являлся лес. Чечня была богата строевым лесом. Торговлей лесом занимались в основном жители Брагунов, а также жители вайнахских сел, прилегающих к Тереку, Аргуну и Сунже. Немалый доход приносила вайнахам продажа обручей и бочарных досок, которые доставляли они в Кизляр. Изделия лесной промышленности, сырая нефть, соль, а также изделия кустарных промыслов составляли в конце XVIII века значительную часть рыночных товаров Чечни и Ингушетии.

Большое значение для сближения горских народов с казаками и русским населением со второй половины XVIII века начинает играть крепость Моздок, построенная в 1763 году и ставшая одной из главных крепостей Азово-Моздокской военной линии. Она становится крупным форпостом в центральной части Северного Кавказа, а также важным узловым пунктом, связывавшим юг России с Грузией. Моздок стал играть важную роль в укреплении русской пограничной линии, в развитии связей Кавказа с Россией.14
Торговля Моздокских купцов, в основном, была сосредоточена в лавках, в которых продавались самые необходимые для сельских и городских жителей товары. Кроме того, каждый год в Моздоке проводилось по три ярмарки, а по воскресеньям каждую неделю сельские жители привозили в Моздок свои товары, «а особливо из хлебов пшеницы, немалое количество продается за умеренную цену. Также и овечья шерсть, годная для ткания сукна, продается по четыре рубля и менее каждый пуд».15 Развитию экономических связей Грузии с народами Северо-Восточного Кавказа и России способствовала и Военно-Грузинская дорога, которая была проложена в конце XVIII века через Дарьяльское ущелье.

Моздок становится важным транзитным пунктом, через который проезжали купцы из разных городов со своими товарами в Кизляр, Астрахань и другие города, часть этих товаров продавалась в самом Моздоке. По данным Н.П. Гриценко, «только с 12 апреля по 5 мая 1780г. проехало через Моздок примерно 40 купцов и торговых людей из Грузии в Кизляр и Астрахань, в Георгиевскую крепость, Кабарду, казачьи станицы. Много было купцов из Воронежа, Курска, Солекамска, Новочеркасска, иранских городов. Оживлению торговли способствовали регулярно устраивавшиеся моздокские ярмарки, а также меновые дворы».16
Шелк-сырец, шелковые и хлопчатобумажные изделия, восточные товары поступали в Моздок из Грузии и направлялись в Кизляр и Астрахань. Осетинский сыр поступал из многих селений Северной Осетии. Из Кабарды пригоняли в Моздок и продавали в другие места лошадей. Оттуда же шли бурки, горские сукна, кошмы, овчины, мерлушки, шкуры диких зверей, мед, воск, арбы и аробные колеса, а также хлеб и хлебопродукты.
Известно, что через Моздок в Россию отправляли скот, туда же поступали ковры, паласы, холодное и огнестрельное оружие. У горцев появляется возможность приобретать русские товары, цены на которые были ниже, чем на восточные товары. Из России на Северо-Восточный Кавказ поступали в основном товары широкого потребления: холст, хлопчатобумажные ткани и платки, деревянные и окованные железом сундуки, железо, котлы, сковороды, жестяные кувшины, кружки, ковши, иголки, наперстки и другие товары. В то же время с Востока на Кавказ привозили предметы роскоши: золотые и серебряные изделия, драгоценные камни, богато отделанное оружие.

В конце XVIII века в Моздоке уже существовал гостиный двор и около ста торговых лавок, где, в основном, торговали армяне, грузины и разбогатевшие мещане из разных городов России. Постепенно, к концу третьего десятилетия XIX века, Моздок утрачивает свое значение как важного торгового центра на Северо-Восточном Кавказе. Его главным конкурентом становится Ставрополь, а позже – крепость Владикавказ.
Уделяя большое внимание торговле линейных жителей с горцами, царский наместник, князь Цицианов отдает распоряжение: «…в предместьях при крепостях Георгиевской, Константиногорской, Моздокской, Наурской и Кизлярской учредить татарские рынки, где вольно будет им мену на товары с армянами производить или самим заводить, строить и содержать лавки…»17

С конца XVIII века немаловажную роль в торгово-экономических отношениях с горцами начинает играть Владикавказ. Заложенный в 1784 году как военный пост, в начале XIX века он был преобразован в крепость. Долгое время Владикавказ служил перевалочным пунктом для торговцев, перевозивших свои товары из Российских губерний в Закавказье и обратно сухопутным путем. К середине XIX века Владикавказ постепенно превращается в торговый центр Северо-Восточного Кавказа. В середине 40-х гг. в крепости было одно пивоваренное, два мыловаренных, два свечных и три кожевенных промышленных предприятия.
В города Кавказской губернии завозили в большом количестве товары из других губерний России, а именно, «сукна: Аглинское, Голландское и Русское, ценою первые два от 6 до 10 рублей, а последнее – от 80 до 130 копеек каждый аршин. Бархатов от 5 до 6 рублей аршин. Шляпы разных сортов и доброты ценою от одного до 10 рублей. Сахар, коего пуд продают разными ценами, восходящими от 20 до 40 рублей. Чай разных цен от 350 до 550 копеек каждый фунт бывает. Кофей от 30 до 40 рублей каждый пуд … золотые, серебряные, и мишурные позументы и сетки, гарнитур, атлас, тафта и разные шелковые, полушелковые и бумажные иностранные, а более русских фабрик материи; разных разборов и цен холст, а изредка иностранное полотно. Посуда медная, чугунная, деревянная, глиняная и стеклянная; стальные, железные и медные разные мелкие вещи; шитые сапоги, башмаки…»18

В Александровске было более 130 купцов, которые, например, покупали «на Волге в Дубовке деревянные кадки, ведры, ситы, решеты, ковши, чашки, веревки, лыки» и продавали все это сельским жителям. «Мелочными же товарами» торговали армяне, приезжавшие из Кизляра.
«Сельские жители и Черкесы» приезжали в Александровск со своими товарами «каждый понедельник», они продавали в основном продукты сельского хозяйства, крупный и мелкий рогатый скот, «из коих главное бараны продаются, Русской два рубля, а Черкесской 150 копеек, и, шерсть оных продают каждый пуд 280 копеек» и изделия из шерсти. Купеческие лавки были и в казачьих станицах Кавказской линии. Например, в одной из станиц казаков Волжского полка, которая насчитывала 298 домов, имелось 24 лавки.19

В 20-х годах XIX века с Северо-Восточного Кавказа в центральные губернии России поступали товары: крупный и мелкий рогатый скот, лошади (кавказский скот особенно высоко ценился в Петербурге, Москве и других городах России), кожи буйволиные, воловьи, конские, овчины, шерсть овечья и верблюжья, овчинные тулупы, бурки, паласы, ковры, горское сукно и другие изделия.
В XVIII – начале XIX века торговля и товарообмен производились не только в таких крупных городах, как Кизляр, Моздок, позднее – Ставрополь и других, но и в казачьих станицах, некоторых аулах Дагестана и Кабарды, а также в чеченских селениях: Чечен-Аул, Брагуны, Старый Юрт (Девлет-Гирей-Аул), Гудермес и других. В ассортимент товаров, вывозимых горцами из России, входили: бархат, парча, медная и деревянная посуда, ножницы, иглы, булавки, сахар, краски, соль и т. д. На эти товары русские торговцы получали в обмен меха, кожи, овец, лошадей.

Важное место в экспорте горских народов, в том числе и чеченских, занимало текстильное и красильное сырье, а также строительные материалы. Горцы ежегодно продавали на Тереке 20 000 пудов сырой марены, хлопок и пряжу, шелк-сырец, лес, а также мед, воск, пшеницу, просо, нефть. Шелка-сырца еще в первой четверти XIX в. один аул Гехи продавал ежегодно «на тысячи рублей». «В первой трети XIX в. только плотового леса и таркалов чеченцы продавали в Кизляре на сумму 40-50 тысяч рублей серебром ежегодно». Пользуясь тем, что горцы испытывали потребность в товарах, которые ими не производились, царские власти решили снабжать их «нужными вещами» для завоевания своего политического влияния. В конце XVIII века горцам были созданы, на первый взгляд, благоприятные условия для развития торговых связей с Россией. Например, «ингушам, вступившим в подданство России, выдавались открытые листы, в которых командирам пограничных пунктов приказывалось обеспечивать свободный проезд и выезд через границу и «никаких обид и налог ни от кого не чинить и показывать всякое благодеяние, как верноподданным (Е.И.В.)… под опасением в противном случае жесточайшего по воинским регулам штрафа».20
Царская администрация, полагая, что нельзя укреплять позиции России на Кавказе одними военными мероприятиями, с 1760 года начинает обращать особое внимание на развитие экономических связей с Кавказом. В 1765 году правительство отменило пошлины, которые уплачивали кабардинцы и кумыки при покупке товаров и при продаже своих изделий и скота в Кизляре.

Содействуя расширению торговли с Кабардой, русская администрация интересовалась и тем, какие товары можно покупать в Кабарде. Было установлено, что Большая и Малая Кабарда могут продавать мед, воск, просо, ячмень и в большом количестве скот. В соседних с Кабардой чеченских владениях сверх того можно было получать фрукты и пшеницу. У кумыков в Брагунском, Аксайском, Андреевском, Костековском и в других селениях имелись пшеница, ячмень, пшено, сорочинское просо, овощи, а в лезгинских селах, кроме того, были еще виноград, яблоки, груши, сливы, курага; в Карабулаках – мед, воск, скот и пр.
Следует отметить также, что среди народов Северного Кавказа жители некоторых чеченских и ингушских сел были более ущемлены царизмом и даже лишены торговых привилегий. Если на некоторые товары и продукты внутри России и в Кизляре с кабардинцев и кумыков не взималась пошлина при торговле, то с других горцев и, в частности, с чеченцев и ингушей, наоборот, она взималась. Случалось и так, что товары чеченцев и ингушей не доходили до покупателей только из-за карантинного или протекционного запрета со стороны царских властей.

Политика царизма по отношению к отдельным торгующим народам на Северном Кавказе была избирательной. Так, исследователь Ш.Б. Ахмадов проанализировал документы этого периода, из которых видно, что политика царских чиновников здесь проводилась таким образом, что чеченцам явно чинились всевозможные препятствия к проезду для торговли в Кизляре и других городах. Местные владетели, как, например, Девлет-Гирей Черкасский, были недовольны тем, что горцы ездят для торговли в казачьи станицы и города без их ведома, даже имея на то разрешение кавказской администрации. Однако горцы находили выход и в подобных, казалось бы, безвыходных ситуациях. Чтобы избежать уплаты таможенных пошлин, чеченцы и ингуши везли свои товары в Кабарду, а оттуда по безопасной стороне реки Терека – в другие районы. Для сопровождения торговых караванов брали надежных проводников, хорошо знавших окружные пути и получавших за это, видимо, соответствующую плату.

Горцы Северо-Восточного Кавказа торговали не только со своими соседями-горцами, линейными казаками и переселенцами-крестьянами, но и с жителями Северо-Западного Кавказа. Однако, с построением новых крепостей и форпостов налаживать торговые отношения становилось все труднее. На торговлю требовалось разрешение царской администрации. От запретов страдали не только горцы, но и ближайшие соседи – линейные казаки. Например, гребенские и терские казаки издавна закупали в Чечне арбы и колеса к ним. Однако высокие пошлины вызывали у них недовольство. Обращение по этому поводу в Военную Коллегию с просьбой об отмене таможенных пошлин было передано в Сенат, который вынес по этому поводу решение, в нем сказано, что «…казакам… деланию арб, а особливо колес, не только время не достает, но и не умеют.., однако ж всегда лучше снабдить их такими повозками от казны, нежели для такой малости отменять таможенные установления».21

В начале XIX века на Северном Кавказе были официально открыты меновые дворы. Через сеть меновых дворов на Кавказе царская администрация стремилась усилить свое влияние на горцев, в силу жизненной необходимости вынужденных уезжать далеко от места проживания для торговли и обмена товарами. Главная же цель этих учреждений была политическая.
Генерал Тормасов в 1811 году предлагал Кавказскому гражданскому губернатору Малинскому открыть в Науре соляной магазин для отпуска соли чеченцам через владельца Мухаммеда Турлова как преданного царским властям человека. Таким образом, предполагалось держать, если не в повиновении, то под надзором большую часть жителей плоскостной Чечни, так как соль была жизненно необходимым продуктом и горцам приходилось мириться со многими трудностями, чтобы ее получать.

Равнинные чеченцы и ингуши, жившие по рр. Сунжа и Терек, находились в более выгодных торговых условиях, чем горные жители. Они пользовались некоторыми льготами, в то время как горные чеченцы и ингуши были лишены их. В конце XVIII века одним из основных условий развития торговли и роста товарно-денежных отношений в крае было зарождение торговых центров в самой Чечне. Это были крупные селения, например: Чечен-аул, Брагуны, Гудермес, Старый Юрт, Аксай, Эндери и другие.
Развитие торгово-экономических связей привело к возникновению среди горцев своего рода «купцов», живших торговлей с русскими, которые старались регламентировать свои связи с российскими рынками специальными соглашениями.
Подводя итог, можно отметить, что на протяжении XVIII – первой трети XIX века на территории Северного Кавказа и, в частности, на территориях, прилегающих к Кавказской военной линии, происходит дальнейшее укрепление и расширение торгово-экономических связей с внутренними российскими губерниями и народами Северного Кавказа.

Главными предметами торговли горцев были традиционные товары: бурки, чекмени, башлыки, арбы, колеса, продукты животноводства, земледелия и охоты. Казаки и жители прилинейных городов торговали такими товарами, как: пшено, ткани, предметы домашней утвари, украшения, ножи, булавки и т.д. Российские, восточные и отчасти западноевропейские товары поступали в города и станицы на Кавказской военной линии через Астрахань, Терский город и Дагестан.
С появлением новых городов на Северном Кавказе, таких как крепости Терки, Святой Крест, Кизляр, позже – Моздок, экономические связи горцев с жителями прилинейных территорий, а также с Россией усиливаются. Определенную роль в развитии торговли на прилегающих к Кавказской военной линии территориях играли сельские торговые центры Чечни и Дагестана: Брагуны, Старый Юрт, Эндери, Аксай, Костек и др.
Экономическому развитию края мешали всевозможные ограничения и запреты царской администрации. Однако, несмотря на все эти препоны, в условиях сложной политической обстановки, которая усугублялась регулярными военными экспедициями в горы, несмотря на ответные вылазки и столкновения горцев с линейными казаками, торгово-экономические отношения на Кавказской военной линии продолжали развиваться. Непосредственными участниками торговых отношений были как горцы, так и казаки и жители прилинейных городов и сел.

Словарь:

Предкавказье – степная зона, расположенная к северу от линии Кубань – Терек.
Крашенина – домотканое грубое полотно, обычно окрашенное в синий цвет.
«Заграничные татары» – нерусское население, проживавшее на территории, неподвластной Российской империи.
Кошма – войлок, сваленый из овечьей шерсти.
Мерлушка – шкурка ягненка (в возрасте до 2 недель) грубошерстных пород овец.

………………………………………………………………………

1 Заседателева. Л.Б. Терские казаки. М., 1974. С. 200.
2 Гриценко Н.П. Города Северо-Восточного Кавказа и производительные силы края.
3 ГУ ЦГА Респ. Даг. Ф. 379, оп. 3, д. 250, 16 листов. Л. 8-10
4 Броневский С. Новейшие исторические и географические известия о Кавказе.
М., 1823. С.213. Цит. По: Гриценко Н.П. Города Северо-Восточного Кавказа и
производительные силы края. V – Середина XIX века. Издательство Ростовского
Университета, 1984. С.113.
5 Гриценко Н.П. Города Северо-Восточного Кавказа и производительные силы края.
V – середина XIX века. Издательство Ростовского Университета, 1984. С.96.
6 Там же. С.102.
7 Хозяйственное землеописание Астраханской и Кавказской губерний, составленное
по начертанию вольного экономического общества. СПб., 1809. С.432.
8 Там же. С. 443, 446-447.
9 Там же. С.449-451.
10 АКАК. Т.2, Тифлис,1868. С.984-985.
11 ПСЗ РИ, Т.22. С.389, №16194.
12 АКАК. Т.2. Тифлис, 1868. С.957-958.
13 Там же. С.1109-1110.
14 Ахмадов Ш.Б. Чечня и Ингушетия в XVIII – начале XIX века.
Грозный, 2002. С.168.
15 Хозяйственное землеописание Астраханской и Кавказской губерний…
СПб., 1809. С.469.
16 Гриценко Н.П. Города Северо-Восточного Кавказа и производительные силы края.
V – середина XIX века. Издательство Ростовского Университета, 1984. С.117-118.
17 АКАК. Т.2, Тифлис, 1868. С.943.
18 Хозяйственное землеописание Астраханской и Кавказской губерний…
СПб., 1809. С.508-509.
19 Там же. С.475-476.
20 Ахмадов Я.З. Взаимоотношения народов Чечено-Ингушетии с Россией в
XVIII веке. Грозный, 1991. С.92.
21 ПСЗ РИ. Т.19, 1771г., №13602, С.267-268.

Вайнах №1-2, 2017

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх