Лидия Довлеткиреева. Безэквивалентные единицы чеченского языка как лакуны для русской лексической системы

О наличии национально-специфического концепта у того или иного народа, как и об отсутствии концепта в концептосфере определенного народа можно судить по имеющимся в сравниваемых языках безэквивалентным единицам и лакунам. Их обнаружение возможно в рамках контрастивной лингвистики. Безэквивалентная единица, или эндемичная единица (биол. эндемичный – «произрастающий, имеющий распространение в одной местности») – это единица, имеющаяся в одном языке и отсутствующая в другом. Лакуна – это отсутствие единицы в одном языке при ее наличии в другом [7, с.156].

Однако лакуна не всегда свидетельствует об отсутствии концепта, так как концепт, по данным современных экспериментальных исследований [5], может выступать как в вербализованном виде, так и присутствовать в национальном сознании народа без языковой репрезентации. Лингвистические средства необходимы для выражения концепта, чтобы придать ему большую стабильность и понятность. Кроме того, наличие лексемы для выражения того или иного концепта свидетельствует, на наш взгляд, об особом акценте, который делает тот или иной народ на заложенных в него коннотациях.
Таким образом, когнитивная картина мира того или иного народа получает более осязаемые очертания при выявлении эндемичных единиц и лакун в сравниваемых языках, причем наибольшее отличие будет проявляться, если лексемы одного языка не только не имеют аналогов в сравниваемом языке, но и мотивируются отсутствием подобных предметов и понятий в языковом сознании другого народа.

По мнению исследователей [7, с. 166, 167], возможны следующие соотношения:
1. Есть концепт, есть семема, есть лексема.
Это привычные для всех словарные единицы. Например, хлеб (русск.) – бепиг (чеч.), мать (русск.) – нана (чеч.), нарезать (русск.) – хадо (чеч.).
2. Есть концепт, есть семема, нет лексемы. Например, «ягненок, оставшийся без матери» – барни (чеч.). Или «на четвертый день после сегодняшнего» – ц1ака (чеч.).
3. Есть концепт, нет семемы (не делается мыслительный акцент на предмете или понятии), нет лексемы. Например, «боковая выпуклость на лбу» – б1аьштиг (чеч.). Или «старинная чеченская мера сыпучих тел, равная приблизительно 12 кг» – гирда (чеч.).
4. Нет концепта, нет семемы, нет лексемы. В этом соотношении, которое является самым редким, наиболее выпукло проявляется национальная специфика. Например, «позорная куча» (древний обычай предания позору) – к1арлаг1а (чеч.).

Данное исследование проведено на материале «Чеченско-русского словаря», составленного А.Г. Мациевым и включающего около 20 000 слов [6]. Использован метод сплошной выборки. В результате было выявлено 279 безэквивалентных единиц чеченского языка на фоне русского. Из них – 174 предметных лакун для русского языка, 189 – немотивированных, 91– мотивированная, 72 – видовых, 1 родовая, 3 родовых и видовых одновременно, 4 абстрактных.
Предметные лакуны передают отсутствие материального, воспринимаемого органами чувств предмета или явления либо лексемы для номинации имеющегося, но невербализованного концепта. Абстрактные лакуны, соответственно, свидетельствуют об отсутствии какого-либо понятия, ментофакта. Причем само понятие вполне может и наличествовать в мыслительном пространстве этого народа, но не номинируется словесно. К примеру, чеч. «г1икдаккха» – оттолкнуть кого-либо, внушить кому-либо неприязнь к себе – абстрактная, немотивированная лакуна для русского языка, отражающая чувства и эмоции, характерные для представителей любой национальности – не только чеченской. Или чеч. «мехаладала» – поднять свой авторитет; нанас хастийна йо1 мехала ца яьлла (пословица) – букв.: дочь, хваленная матерью, не поднялась в цене.

Родовые лакуны означают отсутствие общего наименования для группы предметов (явлений, понятий). Видовые, напротив, говорят о том, что класс предметов не дифференцирован в данном языке. В ходе нашего исследования выявлено 79 видовых и всего 1 родовая эндемичная единица чеченского языка на фоне русского. Это в некоторой степени – показатель склонности не к обобщающему национально-языковому мышлению чеченцев (индуктивному), а к аналитическому (дедуктивному). Например, «заг1а» – подарок, приношение из съестных припасов (разновидность подарка); «з1аразукъ» – талый снег, прилипающий к копытам – видовая по отношению к лексеме «снег»; «ч1ег1аг» – кукурузный стебель, очищенный от листьев – видовая для слова «стебель»; «курх» – мелкая кража – гипоним к гиперониму «преступление» и т.д. Обнаруженная нами родовая лакуна русского языка на фоне чеченского – «кирша» – рогатое животное.

Кроме того, некоторые лексемы мы обозначили как родовые и видовые одновременно. Дуализм таких словарных единиц чеченского языка вовсе не является оксюмороном. Скажем, к таковым мы можем отнести антонимы «дехой» (все родственники со стороны отца) и «ненахой» (все родственники со стороны матери). Для гиперонима «родственник» они являются гипонимами, т.е. видовыми понятиями. В то же время для слов «деда» (дедушка, отец отца), «денана» (бабушка, мать отца), «дейиша» (тетя, сестра отца), «деваша» (дядя, брат отца), «дешича» (двоюродный брат или сестра отца), «демаьхча» (троюродный брат или сестра отца) и др. слово «дехо» является родовым. И, соответственно, «ненахо» выступает как гипероним для слов «ненада» (дедушка, отец матери), «ненанана» (бабушка, мать матери), «ненайиша» (тетя, сестра матери), «ненаваша» (дядя, брат матери), «ненашича» (двоюродный брат или сестра матери), «ненамаьхча» (троюродный брат или сестра матери) и др. видовых обозначений родственников по материнской линии, но гипонимом по отношению к слову «родственник».
Такая дифференциация не случайна для чеченского национального сознания. Именно родственники по отцовской линии – «дехо» – несут бремя ответственности за поступки сына, внука, брата, дочери, сестры, внучки. Они же должны выступить защитниками в любых жизненных ситуациях. Ребенок принадлежит «дехой» – родне по отцу. При разводе отца с матерью он, по чеченским адатам, должен остаться с отцом. Тот случай, когда адатное право чеченцев противоречит мусульманским нормам – шариату.

Это получило отражение и в пословицах. Ненахой – дуьненан марзо, дехой – дуьненан б1ог1ам. – Материнская родня – сладость жизни, отцовская родня – столб жизни. Дейиша – дера ча, ненайиша – мезан 1айг. – Сестра отца – злая медведица, сестра матери – ложка меда. Здесь имеется в виду, что дехой выполняют по отношению к ребенку воспитательную функцию, а ненахой выступают в качестве отдушины, у них всегда можно найти приют и утешение. Ненахо не бранят ребенка – «товш дац» – не к лицу.
Большинство лакун русского языка при сопоставлении с чеченским являются немотивированными, то есть соответствующие предметы, явления или понятия в русской культуре есть, но они номинативно не выражены. Например, настриг шерсти с одного барана – ср. «тхонка» (чеч.); определенная часть выполненной работы – чеч. лексема «мур» во втором своем значении; зерновые хлопья – ср. «чуьппалг» (чеч.); радостная весть – чеч. слово «кхаъ» в первичном лексическом значении.

Мотивированных лакун не так много, но именно они наиболее ярко высвечивают своеобразие русской языковой картины мира, так как объясняются отсутствием соответствующего предмета, явления, представления в русской национальной культуре и, наоборот, выявляют специфику чеченской культуры, в которой занимают значимую идентифицирующую позицию. К примеру, духовный судья у мусульман – «къеда»; краска для окрашивания бурок – «г1ореш»; погребальные носилки – «барам» и др.
Классифицируя безэквивалентные единицы чеченского языка на фоне русского, мы также выявили такую их разновидность, которую можно обозначить терминами «неоднокорневая», «разнокорневая», «морфолого-словообразовательная». Так, слова «рука» – «ручонка» являются однокорневыми в русском языке, но для детской руки отсутствует обозначение с другим корнем. Или от слова «арбуз» суффиксацией образуется «арбузик», маленький арбуз, от слова «топор» – «топорик» и т.д. В чеченском, наоборот, отсутствие уменьшительно-ласкательных суффиксов приводит к появлению разнокорневых слов для обозначения меньших по размеру предметов: «куьг» – рука, «биши» – ручонка; «хорбаз» – арбуз, «бургат» – арбузик; «диг» – топор, «жамбалт» – топорик.
Дадим краткую характеристику ряду тематических групп, в которых обнаружены русско-чеченские лакуны, то есть лакуны в русской лексической системе на фоне чеченского языка.

I. Природа, ландшафт, география.
В этой группе выявлено 18 лакун. Большинство из них являются немотивированными, то есть у носителей русского языка имеются соответствующие концепты, но лексических единиц для их обозначения нет.
Многие лакуны этой группы объясняются ландшафтным своеобразием. Россия – страна широких просторов (взгляд устремлен по неохватной горизонтали), в Чечне (как и на Кавказе в целом) ведущим географическим концептом является гора. Отсюда такие лакуны русского языка, как, например:
1. снеговая гора; снежная вершина горы – башлам (предметная, немотивированная);

2. низменная, нижняя часть села в горной местности – пхьадухе (предметная, мотивированная);
3. возвышенная, верхняя часть села в горной местности – пхьакоче (предметная, мотивированная);
4. теневой склон горы (противоп. басе) – хьаьвхе (предметная, немотивированная);
5. горный поток – 1овраш (предметная, немотивированная).
II. В тематической группе «Орудия труда, механизмы» выявлено 16 лакун. В рамках данной группы отчетливо выделяются орудия труда, связанные с ведением сельского хозяйства, земледелием. К примеру:
1. каток для молотьбы – балба (уст.) (предметная, немотивированная). Как нам стало известно, в отдельных районах российского Черноземья использовались каменные катки, но они не имели специального наименования;
2. деревянная лопата – баьхьа (предметная, немотивированная, видовая);

3. железная лопата – бел (предметная, немотивированная, видовая);
4. мельничное колесо – бера (предметная, немотивированная).
Есть в этой группе и эндемичные единицы чеченского языка, связанные с прядением, кожевенным, ткацким, токарным и другими ремеслами и отражающие особенности чеченского трудового опыта.
III группа – «Военное дело, оружие, война» – одна из самых малочисленных. Включает всего три лакуны и, таким образом, в некоторой степени развенчивает стереотип, сложившийся в русском сознании, о воинственности как определяющей черте чеченского национального характера. Большинство лексических единиц этой тематики переводятся с чеченского языка на русский, следовательно, присутствуют в концептосферах обоих народов. И лишь три передаются описательно и являются лакунами в русском языке:

1. скрепительное кольцо винтовки – балл (предметная, видовая, немотивированная);
2. скрепляющее кольцо ложа винтовки – чучал (предметная, видовая, немотивированная);
3. отрубленная правая рука, ухо или голова убитого врага, взятые в качестве трофея – ц1етта (уст.) (предметная, мотивированная).
IV группа «Традиции, обряды, обычаи» представлена 22 лакунами, 18 из них мотивированы отсутствием сходных традиций в культуре русского народа.
Например, стать кровником, стать преследуемым – лурдола (уст.); место поминок во дворе, куда приходят родственники и знакомые умершего для выражения соболезнования – тезет; свадебная занавеска – кирхьа; приношение в виде съестных подарков, которое делает сторона жениха стороне невесты после свадьбы – заг1а.

В V группе «Домашние животные» 11 лакун, в основном видовых, связанных с животноводством. Домашние животные подразделяются на виды в зависимости от возраста, особенностей ухода за ними в разное время года, пользы продуктов животноводства и т.д. К примеру, баран в возрасте от двух до трех лет – кхокха; баран в возрасте более одного года – то; ягненок до первой стрижки – чуха и др. В русском языке такое подробное деление не встречается. Разве что для слова «овца» выделяется вид «ярка» – молодая, еще не ягнившаяся овца.
В VI группе «Быт, утварь, дом» – 23 лакуны, которые характеризуют своеобразие чеченского быта. Например, декоративная тыква, употребляемая для изготовления домашней утвари, а также применяемая при плавании –туьта (предметная, мотивированная).
VII группа «Кулинария» представлена 17 лакунами, большинство из которых мотивировано, так как передают специфику национальной кухни, пищи, блюд. К примеру, вареная или жареная черемша – жаг1ар. Просто «черемша» номинируется словом «хьонка»; печеный хлеб из кукурузной муки – сискал; пирог с тыквенной начинкой (на самом деле не пирог, а тонкая лепешка в форме полукруга с тыквенной начинкой) – хингал и др.
В VIII группе «Строение, строительство» выявлено 3 видовых лакуны:
1.глиняная крыша, навес – беда (предметная, немотивированная, видовая);
2. навес над забором – цхар (предметная, видовая, немотивированная);
3. сторожевая вышка – чардакх (предметная, видовая, немотивированная).

IX группа «Медицина, анатомия» включает 11 лакун. К примеру, часть шеи ниже затылка – ворта (предметная, немотивированная, видовая); инструмент для кровопускания – пхьатуха (мед. уст.) (предметная, мотивированная мусульманским обрядом лечебного кровопускания).
X группа «Труд» – самая многочисленная, состоит из 35 безэквивалентных единиц чеченского языка, что позволяет сделать вывод об особой значимости трудовой деятельности для чеченцев. Большинство лексем этой группы связано с особенностями селькохозяйственной деятельности – земледелия и животноводства. Например, отходы (потери при перевозке и уборке сена, кукурузных стеблей, табачных листьев) – ловраш (предметная, немотивированная); просяная солома – магар (предметная, немотивированная); 1) плуг с упряжью; 2) участок земли, вспаханный одним плугом за один рабочий день – гота (предметная, видовая, немотивированная). Здесь встречаются и эндемичные единицы, мотивированные определенными традициями, бытовавшими среди чеченцев. Например, воттала (ист.) – отдача на процентных началах в приплод крупного рогатого скота. Подробный комментарий к этой лексеме дан в словаре «Дош» его составителем Абу Исмаиловым. Он, в частности, пишет: «В прежние времена зажиточные и богатые люди отдавали малоимущим на откорм и содержание крупный рогатый скот, овец, лошадей, коз. Устно оговаривались условия, при которых пастухи имели часть приплода, удоя, настрига» [3, с. 53].

В XI тематической группе «Человек (внешность, пол, качества, физическое состояние, его действия, характеристика)» 29 лакун. В этой группе наибольший интерес, с точки зрения своеобразия языковой картины мира, на наш взгляд, представляют собой такие безэквивалентные единицы чеченского языка, как орцахдаккха – поднять по сигналу тревоги; т1елацар – принятие на себя обязательства; эвхьаздовла – вести себя непринужденно, развязно, фамильярно; яхь; къонах. Причем к слову «къонах» составителем словаря А. Г. Мациевым приводится лишь одно значение – молодец. Однако это слово мотивированно лакунарно для русского и любого другого языка именно во втором, не приводимом в этой словарной статье значении. Не любого мужчину можно назвать къонахом. Только того, кто соблюдает определенный свод правил поведения – неписаный кодекс къонаха – къонахалла. Интересно, что самого слова «къонахалла», важного для понимания чеченской ментальности, в словаре А.Г. Мациева нет. Хотя этот концепт является безэквивалентной лексической единицей чеченского языка, соответственно, лакуной для русского и других языков, так как отражает специфически чеченское мировидение. В словаре А. Исмаилова «Дош» дается более развернутое пояснение лексеме «къонах» [3, с. 155], приводится и слово «къонахалла», но разъяснение – молодечество, достоинство [3, с. 155] – на наш взгляд, является лишь приближенным. Правильнее было бы выразить сему этого слова следующим образом: кодекс чести къонаха (достойного мужчины), нравственно-этический свод его качеств и правил поведения. Точно, но в то же время емко передает значение слова «къонах» писатель Муса Ахмадов: «Слово «къонах» состоит из двух частей: «къо» + «нах» – и означает буквально «молодец, принадлежащий народу». Къонах – это созданный народом идеал человека, наделенного всем необходимым, отвечающий всем требованиям, предъявляемым к мужчине» [1, с. 39]. Основные качества къонаха: уважение к старшим, сдержанность, скоромность, стойкость, мужество (список далеко не полный). «Он не станет лебезить и раболепствовать ни перед кем. Къонах также не позволит унижаться перед собой никому. Он не нуждается в чьем-либо подобострастии. Он самодостаточен и знает себе цену. Он знает цену и этому миру, и мирской суете», – комментирует Абу Исмаилов [3, с. 155].

Концепт «яхь» имеет непосредственное отношение к къонаху. Это одно из важнейших его качеств, которое также не имеет точного перевода ни на один язык мира. В словаре А.Г. Мациева даются следующие его аналоги – 1) соревнование; 2) гордость. Безусловно, это в корне неверно, так как соревнование может быть каким угодно: можно соревноваться в прыжках в длину; в том, кто больше съест торта за пять минут; в модной одежде и т.д. Для всего этого в чеченском языке существует лексема «къийсам», одним из значений которой является «состязание, соревнование». «Гордость, чувство собственного достоинства» – так определяет «яхь» А. Исмаилов [3, с. 437]. Смысловая наполненность этого важного для чеченского мировидения концепта гораздо шире и не может уместиться в рамках статьи чеченского-русского словаря. Об этой морально-этической категории можно составить целый научный трактат. Яхь – это гордость, но не любая, а «вызывающая стремление превзойти других в добрых делах и дающая силы восхищаться теми, кто превзошел тебя самого, признать это и поздравить его» [1, с. 30]. То есть лакунарным для русского языка на фоне чеченского будет следующее определение лексемы «яхь», более адаптированное к реально заложенной в этот концепт семе: «соревнование в достойных, благородных делах, одно из ведущих качеств къонаха».

XII группа «Религия» также многочисленна, включает 31лакуну, которые в основном мотивированы отсутствием исламских традиций в русской культуре. К примеру, предрассветная пора, когда мусульмане встают, чтобы поесть перед началом уразы – 1уьйкъе.
XIII тематическая подборка «Единицы измерения» состоит всего из шести лакун, они представляют собой старинные меры веса или длины. Например, старинная чеченская мера сыпучих тел, равная приблизительно 12 кг – гирда (мотивированная); торговая мера зерна, равная 8 пригоршням – сахь; сахь даккхар (рел.) – пожертвование зерном (мотивированная).

Группа XIV «Национальная одежда» представляет по большей части мотивированные лакуны, так как безэквивалентные чеченские единицы, обозначающие и характеризующие национальный костюм, являются этнографизмами: национальное платье горянок – г1абали; украшение на кавказском поясе в виде буквы «г» – сетал и др. – всего 13 лакун.
4 видовые лакуны образуют XV тематическую группу «Время»: например, ранним вечером – жерахь.
XVI тематическая подборка «Родство» в основном дифференцирует родственников по линии отца и матери, о чем было сказано выше, и включает 23 единицы. Но также включает мотивированную лакуну «каждая из жен по отношению друг к другу при двоеженстве или многоженстве» – эмгар.
В XVII группе «Музыка» обнаружено всего две эндемичные единицы:

1. дечиг-пондар. По словарю Мациева, это балалайка. На самом деле – это не совсем балалайка, но тоже струнный национальный музыкальный инструмент, несколько отличающийся от балалайки и по форме, и по звучанию. О том, что балалайка не является эквивалентом дечиг-пондару, свидетельствует и тот факт, что ни один переводчик не заменяет слово «дечиг-пондар» на «балалайку» именно в силу того, что это разные музыкальные инструменты, имеющие национальную специфику;
2. илли – эпическая песня, то есть национально обусловленный жанр музыки. Обе лакуны являются мотивированными.
Илли – это народные песни чеченцев, родники их истории и культуры. В них воспевается мирный труд и боевая доблесть.

Орлы родятся в горах –
В полете неутомимы!
Родина храбрых – в Черных горах –
Всадники наши неутомимы!

Тучи на кручах лежат, черны,
Выше их белый снег!..
Девушки наши, как день, нежны,
Белы, как белый снег!..

Просторен неба свод голубой
Над зеленой долиной гор!..
И с солнцем равняется головой
Каждый всадник гор!

Пасет баранту на лугах в горах:
Зеленых, мирных, цветущих –
Пашет кремнистое поле в горах,
Затерянное в тучах…

Нянчит пчел на зеленых лугах
И собирает мед,
Мирным трудом звенит в горах,
Пашет, сеет, поет…

Но если враги ястребами из туч
Упадут на луга этих гор,
На встречу орлами с гранитных туч
Ринутся дети гор.

Приведенный илли состоит из 6 строф, первые 5 воспевают мирный труд вайнахов, красоту родного края: гор, неба, зеленых пастбищ, белолицых красавиц… И лишь последняя строфа передает воинский дух горцев. В фольклоре наиболее правдиво изображается народный характер. И мы видим из этой народной песни, что чеченцы – народ трудолюбивый, мирный, который берется за оружие лишь тогда, когда это необходимо, чтобы защитить свою землю.
Это же подтверждает проведенная нами тематическая градация русских лакун на фоне чеченского языка. Она наглядно демонстрирует, что одна из самых малочисленных тематических групп связана с военным делом, а наиболее многочисленные – с трудом, орудиями труда, человеком, бытом, домом, национальной одеждой, обычаями, религией, национальной кулинарией, то есть мирной, созидательной, одухотворенной трудом и верой жизнью, которая и есть идеальная экзистенция в сознании чеченца.

XVIII группа «Преступление» также состоит из двух лакун – мелкая кража – курх и занятие мелкими кражами – курхалла.
В XIX группе «Игра» 11 лакун, большинство связано с детской игрой в альчик и обозначением различных положений альчика в ходе игры: положение альчика хребтиком вверх – х1ур; положение альчика хребтиком вниз – чийк и др.
В XX группе «Филология» выявлено 2 лакуны: немотивированная – отглагольное существительное – масдар и мотивированная – 1) диакритический знак в арабском письме – хьаьрк.

Выявленные нами лакуны русского языка на фоне чеченского не являют собой законченный список. В чеченском языке можно обнаружить и другие безэквивалентные единицы. Мы провели исследование на материале самого популярного переводческого чеченско-русского словаря, составленного А.Г. Мациевым. Однако даже беглый взгляд на словарные статьи другого лексического источника – «Дош» А. Исмаилова – позволяет сделать вывод о неполном перечне лакун. Например, у А. Исмаилова встречаются такие концепты, как «вайнах» – наши люди, народы, говорящие на нахских языках; «жоьпада» – самый мудрый, эрудированный богослов, имевший право отвечать на вопросы верующих; «зудайоссор» – умыкание девушки и препровождение ее на время в дом к каким-либо родственникам жениха, пока не будут уложены формальности; «кхохко» – вызвать краску на лице, заставить покраснеть; «невцалг1авахар» – первое посещение зятем дома жены; «цайошана» – компенсация за пренебрежение и развод без существенной причины; «чоинг1ап» – патронташ черкески; «эмгаралла» – соперничество и неприязнь жен единого мужа по отношению друг к другу и др., лакунарные для русского языка и весьма значимые для понимания чеченской ментальности, но отсутствующие в словаре А. Г. Мациева.

В некоторых случаях трудность в выявлении лакун на материале данного словаря была обусловлена тем, что его составитель не всегда использовал русские эквиваленты, а приводил толкование слов. Однако проведенная нами проверка по толковым словарям русского языка В. Даля, С. Ожегова, Т.Ф. Ефремовой и др. показала наличие эквивалентных лексем к ряду слов чеченского языка, значение которых дано А.Г. Мациевым описательно. Это позволило исключить их из разряда лакун. Например, чеченскому «улх» (пучок расчесанной шерсти для прядения) соответствует русское «кудель»; чеченскому «баьлча» (рукоятка плуга) – русское «обжа»; «варшдети» (сплав меди с никелем) по-русски называется «мельхиором»; «гиба» (глиняный кувшин с широким горлышком) на русский язык должно быть переведено как «крынка (кринка)» и т.д.

Кроме того, в словаре порой отсутствуют конкретные ботанические наименования (видимо, в силу того, что составитель их не знал) для ряда растений, что затрудняет сделать вывод об их лакунарности: йилг1а – разновидность дерева (идет на выделывание кнутовищ); йиппар – род душистой травы; йоша – род сорной травы с сильным запахом; ц1арз – особая порода дерева; шовхалди – род сорной травы и др. Как видим, названия пород деревьев или сортов трав не приведены.
Безусловно, в рамках данной статьи невозможно дать развернутый анализ безэквивалентных единиц чеченского языка, являющихся лакунами для языка русского. Однако выявление мотивировнных и немотивированных лакун и в целом аналитическое заполнение чеченской концептосферы позволяет более полно, детально и объективно на данных сравниваемых языков сформировать представление о своеобразии чеченского макро- и микрокосма. По мнению Г. Гачева, «каждый народ остается самим собой до тех пор, пока сохраняется особый климат, пейзаж, национальная пища, этнический тип, язык… – ибо они постоянно подкармливают и воспроизводят национальную субстанцию, особый склад жизни и мысли» [2, с. 32]. «Тенденция к единой стилистике быта, коммуникативного поведения, мировосприятия, культурных артефактов все больше стирает различия между этносами. Но тем не менее следует признать наличие в этнической субстанции каждого народа «стабильного ядра», «нерастворяющейся гранулы», которая обеспечивает жизнеспособность каждой этнической группе», – развивает эту мысль д.ф.н. З. Кучукова [4, с. 5]. Таким образом, определение специфики национальной концептосферы позволяет выйти за рамки сугубо лингвистического исследования и во многом служит средством культурологической идентификации того или иного этноса.

Литература

1. Ахмадов М. Чеченская традиционная культура и этика. – г. Грозный: ГУП «Грозненский рабочий» – 206 с.
2. Гачев Г.Д. Ментальности народов мира. – М., 2003.
3. Исмаилов А.Т. Слово (Размышления о чеченском языке). – Элиста: АПП «Джангар», 2005. – 928 с.
4. Кучукова З. Онтологический метакод как ядро этнопоэтики. – Нальчик, 2005. – 312 с.
5. Лурия А.Р. Язык и сознание. – Ростов-на-Дону, 1998.
6. Чеченско-русский словарь. Составитель А.Г. Мациев. – Грозный,2010. – 655 с.
7. Язык и национальное сознание. Вопросы теории и методологии. – Воронеж: Воронежский государственный университет, 2002. – 314 с.

Вайнах №9-10, 2016

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх