Хаваж Цинцаев. Генара захало*

Рассказ-быль

После очередной деловой поездки я возвращался домой в купейном вагоне поезда «Астрахань – Грозный». Соседями по купе оказались немолодые уже супруги, как оказалось, из села, расположенного на правом берегу Терека на севере Чечни. Ехать предстояло всю ночь. Чтобы как-то скоротать время в пути, мы достали из сумок и пакетов свой нехитрый провиант, который еле уместился на маленьком столике. Лениво пожевывая и иногда припадая к бутылке с водой, мы с соседом повели наш неспешный разговор. Его жена, скрестив руки на груди, прислонилась спиной к стенке купе, смотрела неизвестно куда и в завязавшейся беседе участия не принимала. Сразу представиться друг другу мы как-то не догадались.

«В процессе общения найду повод и познакомлюсь», – решил я и не стал на этом зацикливаться.
Вдали за окном изредка мелькали огни, колеса вагона стучали на стыках рельсов, отбивая знакомый ритм и свое «тыг-дыг, тыг-дыг». Поезд слегка покачивался и уверенно шел в ночь, разгоняя впереди густую тьму светом своего прожектора.
Мой спутник оказался хорошим и умелым рассказчиком. Я с интересом слушал всякие забавные житейские истории, случившиеся с ним самим и с его друзьями и знакомыми. Узнал, что его зовут Вахид. Чтобы как-то поддержать разговор, надо было и самому вспомнить и поведать пару историй. Но я заметил, что жена Вахида к еде не притрагивалась и, не меняя позу, задумчиво сидела рядом со своим мужем, уставившись в черное стекло окна.

«Может быть, она стесняется меня, поэтому не кушает», – подумал я и вышел в коридор вагона. Бесцельно побродил с одного конца вагона в другой, чтобы убить время. Постоял еще минут пять у открытого окна рядом с купе проводницы, которая на тот момент отсутствовала. Дождавшись ее, заказал три чая и вернулся в наше купе.
Разговор наш возобновился и плавно перешел на обычаи, свадебные обряды чеченцев, на их особенности у равнинных чеченцев, проживающих на Тереке, и чеченцев, проживающих в предгорных и горных районах республики. Так как я оказался представителем тайпа варандой, к последним отнесли и меня, хотя я всю свою сознательную жизнь прожил в столице республики. Я не возражал.

Видимо, эта тема была близка и интересна нашей спутнице. Ее глаза загорелись, она поменяла позу. А тут и чай подоспел, который предрасполагал к продолжению разговора. Она вспомнила об одном удивительном случае двадцатилетней давности, который произошел у них в районном центре. И добавила при этом, что ни до этого случая, ни после него подобные истории она не слышала. Я ухмыльнулся. Эта история была мне очень даже хорошо знакома до мельчайших подробностей, да еще как! Ведь я был непосредственным участником этих событий, чуть ли не их главным действующим лицом. Но все по порядку. К моим спутникам в поезде мы еще вернемся…

***

У чеченцев приветствуется жениться на девушке, которая живет в одном селе или, в крайнем случае, в одном районе с женихом. Во всяком случае, родители жениха и невесты всячески стремятся к этому. На то есть несколько причин. Во-первых, маловероятна ошибка в выборе спутника жизни. Все знают все обо всех. Во-вторых, так легче в будущем поддерживать родственные отношения, когда каждое мало-мальски значимое семейное событие не обходится без участия родственников. Но, как говорится, сердцу не прикажешь. Бывают и исключения из правил. Ведь традиция не традиция, если не имеет свойство иногда нарушаться.
Молодой человек по имени Мусост с небольшого предгорного села и Зулай с районного центра на Тереке с благословения родителей решили связать свои жизни семейными узами. Нельзя сказать, что случай невиданный доселе, но из разряда редких, учитывая, что между домами молодых людей огромное, по местным меркам, расстояние. Но выбор был сделан. Наступила пора предсвадебных хлопот.

В республике было неспокойно. Происходили события, которые волновали общество. На улицах городов и сел все чаще стал появляться человек с ружьем. К нему уже привыкали. Три года назад рухнул, канул в лету, приказал долго жить, казалось бы, нерушимый и могучий СССР. С мечтой о коммунизме пришлось распрощаться. Республику спешно покидало русскоязычное население. Привычный уклад и распорядок стал забываться. Понятия «плюрализм мнений» и «демократизм», которые вошли с подачи власти в моду в начале перестройки, переросли все допустимые пределы. Махровым цветом расцвела буйная митинговщина. Популярное в начале века, а потом забытое слово «оппозиция» снова стало модным. К ней причислялись все те, кто не согласен с политикой существующей власти. К оппозиции относился и районный центр, в котором проживала будущая невеста Зулай. Там объявили об автономном существовании района и о неподчинении существующей власти. Там же обосновалась и главная группировка оппозиции. Народ замер в тревожном ожидании чего-то неординарного и непредсказуемого.

А жизнь продолжалась, подчиняясь своим неписаным законам. Люди, как в той песне, встречались, влюблялись, женились, замуж выходили, разводились и вновь сходились. Предстояло сыграть свадьбу и нашим молодым – Мусосту и Зулай. Все видимые хлопоты по организации и проведению такого важного в жизни каждого человека события у чеченцев обычно проводятся без участия жениха. Он даже не показывается публично на своей свадьбе. День свадьбы был назначен. За неделю до свадьбы Мовта, отец Мусоста, позвал вечером к себе своих младших братьев Дагуна и Хамзата. Для обсуждения, так сказать, некоторых организационных и технических моментов и деталей предстоящего мероприятия и принятия решений по ним. После того, как были поименно определены мулла и сваты, которые поедут в назначенный день в дом родителей Зулай, разговор перешел на самую больную тему.

– Расстояние между нашими селами немалое, – сказал Мовта. – Время в дороге – почти 3 часа. Более 120 километров пути, из них 20 километров придется проехать через весь город с юга на север и обратно. Необходимо также преодолеть Сунженский хребет, который разделяет оппозицию (пусть и пассивную на тот момент) и существующую «дудаевскую» власть. И те, и другие вооружены до зубов. Возможны провокации с обеих сторон.

– Ну и что? – спросил самый младший из братьев. – Волков бояться – в лес не ходить.
– А то, что соберется немало молодежи на автомашинах и за ними очень трудно будет уследить, – сказал Дагун. – Как бы ты их ни проинструктировал, ни пропесочил, найдутся те, которые будут устраивать гонки, лихачить. Неизвестно также, как поведут себя на дороге сторонники и противники власти Дудаева
– Вот и я об этом же, – добавил Мовта. – Не дай Аллах еще, чтобы на нашей свадьбе кто-то покалечился, разбил машины или что-то другое.
– Что делать? – спросил Дагун.

– А вот что, – ответил Мовта. – К назначенному времени отправляем в дом невесты сначала на двух машинах муллу со сватами. Через час тайно отправляем за невестой еще две машины. А здесь, на месте, не дожидаясь невесты, организуем свадебные торжества: игра на гармони, песни, пляски и прочее.
Видно было, что этот план у него созрел и был заготовлен задолго до встречи братьев.
– План хороший, но молодежь это не остановит. Они, если не вместе, так по одному, по двое выдвинутся на машинах в сторону Терека и могут набедокурить больше, чем если поехали бы вместе и организованно, – добавил Хамзат.
– Ну хорошо, возвращаемся тогда к изначальному вопросу: что делать? – спросил Дагун.
– Да-а… Вот незадача, – потер рукой висок Мовта.

В комнате повисла гнетущая тишина. Каждый из трех братьев представлял поездку свадебного кортежа автомобилей и что может произойти в пути. Картины рисовались нерадужные, у страха-то глаза велики. И вдруг нависшую тишину нарушил какой-то далекий своеобразный звук, напоминающий жужжание. Звук приближался и нарастал. А потом послышался громкий и свистящий шум винтов вертолета, который резво пролетел над крышами домов. Откуда он взялся? Для этих мест вертолет большая редкость. Стой, стой… Эврика!!! Всех троих одновременно осенила блестящая мысль. Невесту надо доставить по небу на вертолете! Пусть это будет невиданным делом, не имеющим у нас в республике прецедента. Но в данном случае – это выход из положения. Все трое радовались не меньше древнегреческого математика Архимеда, который, согласно легенде, совершенно случайно, принимая ванну, открыл основной закон гидростатики, названный его именем. Расходились братья довольными, договорившись, что на следующий день каждый из них по своим каналам наведет справки, где и как можно арендовать вертолет.

***

На следующий день, по совету одного знакомого, Дагун поехал с утра в аэропорт. Дождался начальника, который в сопровождении двух человек стремительным шагом направился в кабинет, не то что не поздоровавшись, но даже не удостоив его взглядом. Дверь за ними плотно закрылась. Через некоторое время еще три-четыре человека шумно ввалились в кабинет начальника.
«Ну, это теперь надолго, – подумал Дагун. – И секретаря же нет, чтобы через нее попросить принять его».
Но ждать пришлось недолго. Видимо, начальнику доложили, что в приемной сидит посетитель. В дверь выглянул один из тех, кто заходил с начальником раньше, и спросил у Дагуна:
– Молодой человек, вы по какому вопросу?
– Мне бы к начальнику попасть… У меня личный вопрос, – ответил Дагун.
– Ну, заходи.

– Слушаю тебя внимательно, – произнес человек, сидевший во главе стола.
– Да, у меня один деликатный, так сказать, личный вопрос, – начал робко Дагун.
– Говори, не стесняйся. Тут все свои, – весело сверкнул глазами начальник и переглянулся с сидевшими в кабинете.
Дагун обвел взглядом присутствовавших в кабинете, посмотрел в упор на начальника и решительно произнес:
– Мне нужен вертолет.
– Вертолет? Зачем? – удивился начальник аэропорта. – И какой тебе нужен вертолет: боевой, транспортный или спортивный?

Дагун понимал, что его сейчас засмеют, и не торопился с ответом. После некоторой неловкой паузы он все-таки выпалил:
– Надо полететь за невестой племянника.
Брови начальника взметнулись вверх. А потом удивление сменилось взрывом хохота. Но продолжалось это недолго.
– До чего дожили, а? На телевидение приходят сделать объявление о пропаже телки, теперь вот вертолет пришли заказывать для свадебной процессии. Вот она хваленая демократия, вот она вселенская дозволенность, – не мог успокоиться начальник. Все опять приняли серьезный вид и внимательно стали разглядывать посетителя.
– Я понимаю ваши сомнения, – продолжил Дагун. – Но я не тот идиот, за которого вы меня приняли. Вы выслушайте меня.

И Дагун изложил всю сложившуюся ситуацию, которую они накануне обсуждали у Мовты. Рассказал даже о том, как им пришла в голову идея с вертолетом. Начальник и присутствующие в кабинете по-другому уже отнеслись к визиту Дагуна. Вопрос тут же был решен положительно. Договорились, что мощный транспортный вертолет семейства «Ми-8» прилетит к часу дня в райцентр, откуда мы должны забрать невесту, и сядет на поляну у околицы села рядом с проходящей автомобильной дорогой. Во избежание всякого рода непредвиденных ситуаций договорились также, что до поры до времени о транспортировке невесты никому сообщать не будут.

***
В назначенный день свадьбы в доме Мовты с утра было хлопотно. Самые близкие родственники были в сборе. Нет-нет, подходили и другие гости. Хотя кульминация такого мероприятия приходится обычно к прибытию невесты в середине дня. Но жизнь внесла свои коррективы в сегодняшний распорядок дня, так как случилось непредвиденное. Накануне в один из домов в селе пришло горе. Ушел из жизни глава семейства, который являлся дальним родственником Мовты. И жил он рядом со школой, на спортивной площадке, на которой и планировали посадить вертолет с невестой. В другом случае, при других обстоятельствах свадьба была бы отложена и перенесена на более поздний срок. Здесь же решили мероприятие не затягивать, невесту забрать, но свадебные торжества в доме Мовты не проводить. Конечно, случившееся сильно осложнило планы на сегодня. Но надо было выходить из положения. В двух-трех километрах от села находились пионерские лагеря. Решено было, что вертолет произведет посадку на футбольном поле одного из них. Там же будут собираться и все гости, прибывающие на свадьбу. В ожидании прилета вертолета с невестой там же организуют музыку, будут танцы. Есть и детям где поиграть.

Часов в 10 две машины тронулись от дома жениха. В них находились мулла, двое авторитетных родственников Мовты в роли сватов, Хамзат, две сестры жениха и его совсем юный двоюродный брат в качестве видеооператора. Условились, что делегация по прибытию на место совершит все традиционные в таких случаях свадебные обряды. Дождется прилета винтокрылой машины и только тогда сообщит родственникам невесты о своем намерении доставить невесту в дом жениха по воздуху. Затем везут невесту к вертолету, который произведет посадку на поле, расположенном на окраине села. Сама площадка находится буквально в 500-х метрах от родительского дома невесты. Подъехав на машинах к вертолету, невеста и сопровождающие ее лица пересаживаются в него. Вертолет тут же поднимается и улетает в южном направлении. План был такой. Как получится на деле – знал только Всевышний.

Через два часа с небольшим машины со сватами доехали без приключений до места назначения. Там их уже ждали. Встретили гостей, как и подобает, тепло и радушно. Родительский дом невесты впечатлил гостей своими большими размерами и богатым интерьером. Прибывших женщин повели сразу в комнату невесты. Сватов пригласили за празднично накрытые столы, заставленные всевозможными яствами. Все улыбались, шутили, атмосфера соответствовала такому важному мероприятию. Щупленький любитель-видеооператор, привезенный гостями с собой, носился с массивной кинокамерой «Панасоник», которая еле умещалась на его хрупком плече. Он старался запечатлеть все происходящее. То кружил вокруг столов, за которым сидели добродушные хозяева с гостями, то убегал в комнату невесты, где царила обычная в таких случаях суматоха.

Мулла, выполняя свою главную миссию, провел в соседней комнате обязательный обряд с участием невесты. На главный вопрос муллы, согласна ли она стать женою Мусоста, невеста ответила утвердительно. Соблюдая и остальные формальности обряда, процедуру на этом закончили, и мулла вернулся к столу. Все уже поели, попили, но вставать из-за столов не спешили. Хозяева ждали, когда гости засуетятся, собираясь в дорогу. А гости, переглядываясь друг с другом, с волнением ждали, когда услышат стрекот вертолета в небе над селом. Ненадолго воцарилась неловкая пауза, ее тут же прервал мулла, который повел разговор о предопределенности человеческих судеб.
– В исламе судьба – это не случайность, не слепой рок. Судьбой каждого человека управляет Всевышний, – начал он. – Вы думаете, то, что мы сегодня находимся здесь, – это случайность? Отнюдь. Наши молодые еще не родились, когда их судьбы были уже предопределены Всевышним. Но в исламе дается выбор между добром и злом. Только от самого человека зависит, какая у него будет судьба: праведная или беспутная.

– И вот что я хотел бы добавить, – продолжил мулла. – Чего скрывать, найдутся злопыхатели с обеих сторон, которые будут подвергать сомнению правильность заключаемого сегодня брака. Про нас будут говорить: «Неужели они не могли найти невесту у себя дома?» Про вас то же самое будут говорить: «Неужели они не могли выдать свою дочь у себя дома?» Зачем обеим сторонам этот «генара захало»? Так вот, я им хочу ответить: не берите грех на душу. Этот брак заключен на небесах, он от Всевышнего. И как в той, ставшей у нас знаменитой, притче, раз молодых и их родителей устраивает этот брак, если им – хорошо, то пусть всем остальным будет – ладно, – весело закончил он свой монолог, подмигнув при этом одному из хозяев.
– А что за притча? – спросил тот.
– У нас все знают эту притчу. Хас-Магомед, расскажи-ка, – улыбаясь, обратился мулла к одному из сватов, который приехал с ним.

– Когда чеченцы находились в высылке в Казахстане, наш односельчанин Зубайра женился в начале 50-х годов, вопреки воле своих родителей. Его избранницей оказалась не односельчанка, а девушка из соседнего в Чечне села. Отец Зубайры, Иса, был недоволен выбором сына, так как у него с женой (матерью жениха) была на примете девушка из хорошо знакомой семьи с их села. Зубайра был поставлен об этом в известность, но проявил своеволие. Родителям пришлось смириться. Однако досада и обида не отпускала их. Об этом знали все родственники Исы, его соседи и друзья. И каждый раз при встрече подначивали его, как бы подстрекая, одним и тем же вопросом: «Ну, как сноха? Доволен ли ты ею?» Иса мужественно уходил каждый раз от ответа. Не мог он довериться людям, чтобы они потом при каждом удобном случае (он-то знал) посмеивались над ним. Однажды, когда эти вопросы порядком уже надоели, Иса положил им решительный конец своей, ставшей впоследствии афоризмом, фразой: «Зубайре – хорошо, Исе – ладно!» Больше никогда ни у кого вопросов к Исе по поводу невестки не возникало, – закончил Хас-Магомед. Все оживились, заулыбались. Притча всем понравилась.

Не прошло и минуты, как наконец-то вдалеке застрекотал вертолет, жужжа, как стрекоза. Шум приближающейся винтокрылой машины все усиливался. Вертолет сделал пару кругов над селом, как бы давая сватам понять, что он на месте. Гости торжествующе и многозначительно посмотрели друг на друга.

– За нами, кажется, прилетели, – объявил мулла. И сообщил хозяевам потрясающую весть: вертолет, кружащий над селом и уже привлекший внимание всей округи, прилетел за невестой.
Тут началось такое. Все в огромном родительском доме невесты пришло в движение. Новость, что невесту будут забирать на вертолете, моментально стала достоянием каждого. Сказать, что она сильно удивила всех, значит, ничего не сказать. Новость всех ошеломила. Но наступило время собираться в дорогу. Хамзат направился к комнате, в которой готовили невесту. Прошла традиционная процедура «купи-продай». Немного поторговавшись для приличия, Хамзат заплатил символическую сумму зелененькими родственнице невесты – выкуп за невесту. И со словами:
– Бисмиллах1ирахьманирахьим… С сегодняшнего дня ты становишься нашей снохой, – взял за руку дрожащую от волнения и смущения Зулай.

Со всех сторон в адрес молодоженов неслись пожелания счастья, мира и согласия. Хамзат, тоже заметно волнуясь, с невестой, которую он держал за локоток, торжественно и величаво прошел через длинную прихожую, по обе стороны которой выстроились ряды провожающих. Под их одобрительные возгласы процессия медленно спустилась по парадной лестнице, у которой уже стоял автомобиль. На его заднем сиденье невесту ждала одна из сестер жениха. Другая помогла невесте сесть в машину и сама села рядом с ней. Хамзат закрыл за ними дверь, пожелал всем удачи, благоденствия, помахал рукой и сам тоже сел в машину рядом с водителем. И колонна из двух машин тронулась с места.

Что удивительно, в дороге им ни разу не пришлось останавливаться. Обычно мальчишки несколько раз преграждают дорогу колонне с невестой, требуя свой выкуп. Это обычай такой. Иногда и взрослые не гнушаются заниматься таким промыслом. Особенно часто это делается на близлежащих к домам невесты и жениха улицах. На дорогу несут все подряд, что попадает под руку: жерди, ветки, бревна, куски старого кровельного покрытия. Лишь бы машины в свадебном кортеже не могли проехать. Местные мальчишки заранее знали о сегодняшнем событии и были подготовлены к нему. Но их планы нарушил прилетевший вертолет. Правда, он был не голубым, как в той любимой всеми детской песенке Крокодила Гены из популярного мультфильма, а цвета хаки. Но вполне может оказаться, что на нем прилетел вдруг волшебник, который и кино им бесплатно покажет, да еще и все пятьсот эскимо оставит. Вся ребятня убежала на окраину села поглазеть на это чудо. Поэтому дорога и оказалась свободной и до вертолета доехали быстро.

И вот какая картина предстала перед ними. Вокруг вертолета собралась огромная толпа зевак, которые пришли, прибежали, приехали поглазеть на этого монстра, похожего на гигантскую стрекозу. Толпа все увеличивалась. Автомобили, следующие в оба направления по проходящему рядом шоссе, съезжали на обочину, останавливались. Люди с них тоже присоединялись к толпе и наблюдали за происходящим. Никто не знал, с какой целью прилетел вертолет, как долго он будет еще стоять. Вопросы друг другу повисали в воздухе. Двигатель вертолета не был выключен и его длинные лопасти продолжали вращаться. Воздушные потоки ураганной силы заставляли людей держаться на расстоянии от машины. Особенно любопытным, которым не терпелось подойти ближе к вертолету, приходилось наклоняться вперед.

– Почему они не выключают двигатель? Как посадить невесту на борт машины в такой экстремальной ситуации? Что станет с прической невесты, с ее свадебным платьем? – эти и другие вопросы промелькнули в голове у Хамзата. Он даже подумал, что пилоты не выключают двигатель, опасаясь непредсказуемых действий со стороны толпы, чтобы в любой момент можно было подняться в воздух. Не надо забывать о том, что здесь, на Тереке, дислоцировалась так называемая оппозиция к власти. Да мало ли что могло произойти?

Тут он увидел, что на вертолете их заметили. Открылась небольшая дверь транспортного отсека вертолета, которая располагалась сбоку, недалеко от кабины пилотов. Из нее выпрыгнул человек в цивильной одежде и стремительно подбежал к машинам с невестой. Им оказался дальний родственник Мовты и его братьев, который тоже прилетел с вертолетчиками за невестой. Он и сообщил Хамзату, что у ребят аккумулятор на машине слабенький. Поэтому они и боятся выключить двигатель.

Предстояло под этими мощными потоками воздуха, разгоняемого вращающимися винтами машины, доставить невесту на борт. Хамзат дал команду племянницам вывести невесту из машины. Увидев невесту, толпа ахнула. Теперь всем стало понятно, почему прилетел вертолет. Сразу встал другой, не менее интересный вопрос: чья же она дочь, эта возмутительница спокойствия? Но опознать невесту не получилось. Хамзат снял с себя легкий пиджак, накинул его на голову невесты, чтобы хоть как-то не повредить ее прическу.

Нагнувшись вперед и слегка отворачиваясь в сторону, он побежал вместе с невестой к вертолету. Сопровождающие таким же образом последовали за ними. Мощные потоки воздуха мешали продвигаться вперед, чуть ли не срывали с них одежду. Добежав до трапа, Хаваж первым запрыгнул в чрево вертолета, затем помог подняться по приставленному небольшому трапу сначала невесте, а затем и племянницам. Поднялись и остальные, кто должен был лететь: один из сватов, видеооператор и родственник Хамзата, который прилетел на вертолете. Волосы у всех были растрепаны, порывы ветра привели их в ужасный беспорядок. И только у невесты прическа сохранилась в первозданном виде благодаря находчивости Хамзата.

Кабину пилотов отделяла от отсека, в котором расположилась свадебная процессия, небольшая стеклянная перегородка. К тому же верхняя часть этой перегородки отсутствовала. Один из пилотов повернулся и коротко проинструктировал пассажиров вертолета, как вести себя при взлете, полете и посадке. И в заключение предложил пристегнуть ремни безопасности. На что один из летевших пошутил:
– Боитесь, что мы выпадем?!
– Ну, смотрите сами. Настаивать не будем, – улыбнулся пилот в ответ.
Хамзат подошел к перегородке, передал вертолетчику черный пластиковый пакет и попросил вытряхнуть его содержимое за окно, когда вертолет поднимется. Пилот взял довольно увесистый пакет, подозрительно посмотрел на Хамзата и спросил:
– Что у тебя там?

– Денежки детишкам на мороженое…
Летом 1993 года Россия вышла из рублевой зоны СНГ, объявив о прекращении хождения на своей территории советских рублей. Были введены новые бумажные деньги номиналом в 100, 200, 500 рублей, а также 1000, 5000, 10000 и 50000 рублей. Покупательная способность этих денег была низкой. При курсе 1000 рублей за 1$ деньги, по сути, обесценились. К тому же, поговаривали, что в Ичкерии скоро будут вводить свою национальную валюту – нахар.

В такой ситуации Хамзат специально заготовил несколько тугих новеньких пачек денег в банковской упаковке достоинством в 100, 200 и 500 рублей, в каждой из которых обычно бывает 100 купюр или, как их еще называют, казначейских билетов. При этом в финансовом плане Хамзат не очень-то и пострадал, не разорился. Зато детишкам сколько радости будет! Он вскрыл эти пачки, перемешал все хрустящие банкноты и собрал их в довольно внушительный пакет. Тот самый пакет, который он только что передал пилоту.

Наконец взревел двигатель вертолета. Винты, которые не останавливались ни на миг, стали вращаться с еще большей скоростью. Стальная машина вздрогнула, затряслась и оторвалась от земли, словно большая неторопливая стрекоза. Сухая прошлогодняя трава вместе с пылью поднималась потоком воздуха, создаваемым винтом машины. Вертолет взмыл и метрах в тридцати от земли завис. Под ним прыгала, кричала что-то, махала руками собравшаяся толпа людей. Вертолетчик открыл форточку в боковом окошке кабины, высунулся в него с пакетом и высыпал его содержимое на головы людей. Часть денег, подхватываемая потоками воздуха, устремилась вверх, часть разлетелась во все стороны. А вертолет устремился вперед.

Виновница торжества сидела, как ей и подобает, молча, потупив свой взор, устремленный под ноги. Она старалась ничем не выдавать своих чувств. Зато остальные восторгались открывающимися с высоты птичьего полета чудесными пейзажами. Погода стояла чудесная. Ярко светило солнце. По голубому небу ползли редкие белые облака. Картины внизу менялись, как в калейдоскопе. Медленно проплывали поля: заброшенные серые, свежевспаханные, черные и густо-зеленые, засеянные озимыми. За ними серпантином вилась дорога, по которой, словно игрушечные, туда-сюда сновали автомобили. От одного окна к другому носился парнишка-видеооператор, стараясь запечатлеть все это.

Над городом вертолет пролетать не стал, обогнул его с западной стороны. Время в полете оказалось не таким большим. Всего каких-то сорок минут. И вот уже незаметно стали подлетать к пионерскому лагерю. Он располагался на северной стороне хребта, который тянулся с запада на восток. Сразу же за хребтом располагалось село жениха. Но туда лететь не стали, как и договаривались. А внизу, на футбольном поле пионерлагеря, вертолет встречала другая уже многочисленная толпа. Все отчаянно жестикулировали, махали руками.

Дети бегали, прыгали, скакали вприпрыжку от восторга. Раззадоривая толпу, вертолет стал делать круги. Пилоты не сразу заметили, что погода вдруг стала потихоньку меняться. Такая смена погоды – привычное явление здесь, в предгорье, особенно весной. Солнце исчезло, со стороны Аргунского ущелья, которое начинается здесь же, набежали свинцовые тучи, небо потемнело, и начал накрапывать дождь. Встречающие, не желая намокнуть, стали разбегаться кто куда. Кто-то спрятался в здесь же стоящих на поле машинах, на которых они приехали. Кто-то укрылся в беседках, расположенных недалеко от приготовленной посадочной площадки. Вертолет покрудил еще какое-то время и завис в двух-трех метрах от земли. Хамзат подошел к кабине вертолетчиков и прокричал:
– Почему не садимся?
– Площадка неровная, уклон превышает допустимые 7 градусов. Трава мокрая. Еще и ветер, хотя и несильный. Есть опасность, что вертолет не устоит и скатится. Для посадки надо искать другую площадку, – скорее всего, вертолетчик убеждал себя в правильности принятого им решения, чем объяснял Хамзату сложившуюся ситуацию. А, может быть, и то, и другое.

Вертолет снова стал набирать высоту под усиливающимся дождем. Затем он перелетел через проходящую рядом автомобильную дорогу и примыкающую к ней ореховую рощу. И оказался над свежевспаханной полосой поля шириной около 40 метров, которая перпендикулярно к дороге тянулась вдаль. С одной стороны полосу обрамлял кустарник, куда могли подъехать автомобили. С другой стороны на протяжении всей полосы тянулся склон. Но на одном его месте пилоты все-таки нашли более-менее подходящую небольшую площадку и подлетели к ней. Вертолет закружился на месте, всеми своими действиями давая понять встречающим, наблюдавшим за ним из машин, что он собирается производить посадку.

А потом снизился и ненадолго завис над выбранной для посадки площадкой. В это время на противоположной стороне к кромке поля подъехали автомашины. Из них выскочило несколько человек, которые отчаянно замахали руками. Они громко что-то кричали, призывая вертолет садиться на пахоту прямо перед собой, куда они и показывали. Но там садиться тоже нельзя, поверхность площадки должна быть еще и твердой. А на мокрой пахоте шасси вертолета могло провалиться и увязнуть по самую раму. Несмотря на громкие крики и призывы встречающих, вертолет сел на выбранную им площадку. Его лопасти продолжали вращаться. Двигатель, как и там, на Тереке, не выключался. Между тем, дождь постепенно нарастал, превращая пахоту в месиво. Ждать, когда дождь прекратится, смысла не было. Еще неизвестно, когда он закончится. Надо было выходить. И тогда один из сватов, который летел на вертолете, воскликнул:
– Это же божья благодать! Верный признак того, что брак, заключаемый сегодня, одобрен небесной канцелярией! Хвала Аллаху!Айда на выход!
– Вперед!– крикнул еще кто-то.

– Ну что, девочки-мальчики! Все, что ни делается, все к лучшему! Первый пошел! – скомандовал, скорее всего, для самого себя Хамзат и первым спрыгнул на землю. Приставил к вертолету заготовленный небольшой трап из двух ступенек и помог невесте спуститься по нему на землю. Остальные последовали их примеру. В лицо тут же хлестко ударили крупные капли дождя. Вращались неистово длинные лопасти машины, разгоняя потоки воздуха и струи воды. Ураганный ветер срывал фату с невесты. Полусогнувшись, неестественными движениями она пыталась ее удержать. Ее белоснежное кружевное платье трепыхалось на ветру. Все моментально промокли до нитки. Плотная стена дождя не позволяла видеть хоть что-то. Никто не знал, что делать и как преодолеть эти 40 метров, чтобы добраться до встречающих машин. У Хамзата возникло желание взять невесту на руки и побежать. Но эту мысль он тут же отогнал. Тем более, он мог увязнуть в этой жиже под ногами и плюхнуться вместе с невестой на руках.

И тогда Хамзат в отчаянии закричал и замахал свободной рукой, обращаясь к встречающим на той стороне поля:
– Черт возьми! Ну, что вы стоите?! Бегите сюда! Принимайте невесту!
Это подействовало. Двое племянников Хамзата, утопая по щиколотку в этом буром месиве, перебежали через пахоту к сошедшим с вертолета. Молча подхватили невесту с двух сторон под локоть и буквально потащили ее. Маленькие изящные ножки невесты, обутые в шикарные туфельки на высоком каблуке с налипшей грязью, поочередно то проваливались, то мелькали в воздухе, когда сопровождающие буквально под локоть выдергивали ее из грязи. Иногда ребята проваливались и сами, но каким-то чудесным образом умудрялись продолжить свой путь. Ливень не прекращался. Фантасмагория какая-то, и только!

Наконец-то дистанция была преодолена. Грязные, мокрые, посиневшие от холода и ветра участники свадебной процессии вместе с невестой добрались до машин. Кто-то догадался сразу укутать невесту в разноцветное одеяло, которое нашлось в одной из машин. Машина с невестой и ее сопровождающими с пробуксовкой взяла с места в карьер. Остальные автомашины рванули ей вслед. Выскочив на шоссе, они на бешеной скорости понеслись в село, не обращая внимания на лужи и на стену дождя. Дорога была свободной, никто их не останавливал. Кортеж автомашин, не снижая скорости, под звуки непрекращающегося весеннего дождя летел в село к дому жениха.

***

Я закончил свой эмоциональный рассказ. Мы продолжали сидеть в неподвижной тишине. Стояла глубокая ночь. В купе на потолке горел тусклый свет ночника. Было немножко прохладно. Поезд ехал по бескрайним калмыцким степям, привычно погромыхивая и покачиваясь на рельсах. Мой рассказ от 3-го лица произвел на супругов сильное впечатление и не перебивался ни разу. Но вопрос Вахида, прозвучавший после некоторой паузы, был логичен:
– А тебя как зовут? Столько общаемся, а ты не представился даже.
– Да, мы с самого начала не сделали это, а потом, задним часом, как-то неловко было. Пока не представится случай. Как сейчас, – улыбнулся я в ответ.
– Я давно догадалась, что ты – это Хамзат, – вступила в разговор женщина.
– Жаль, что я не такой догадливый, – хитро и задумчиво произнес я. И это прозвучало как вопрос: «А тебя как зовут?»

– Фатима, – тут же сообразила она.
И продолжила:
– Твой безумно интересный рассказ – это готовый сценарий для захватывающего приключенческого фильма. Я эти подробности не знала.
Я слышал, конечно, всякие небылицы от третьих лиц, которые отличались по содержанию и, порой, противоречили друг другу. Кто-то явно преувеличивал и привирал, кто-то упускал что-то, а кто-то и вовсе искажал происходившее в тот день. Наши новые родственники тоже знали обо всем только из путаных рассказов своих односельчан. Так вот, мне очень интересно послушать рассказ очевидца тех событий, как говорится, из первых уст.
И Фатима начала свой рассказ:

– Да. Я, волей случая, оказалась тогда свидетельницей происходившего у нас на окраине села. В тот день мы с братом и его семьей проезжали рядом с тем местом, где села эта огромная железная машина. Смотрим, стоит какой-то монстр с вращающимися длинными лопастями, с невыключенным двигателем. Вид угрожающий. Дети, которые ехали с нами, сразу закричали от удовольствия иметь возможность поглазеть на него. Мы остановили свою машину на обочине и подошли к толпе, которая окружила вертолет и шумно что-то обсуждала. Никто ничего не знал о цели прилета вертолета. Выдвигались разные предположения. Но в одном сходились все – прилетели «дудаевцы». Пилоты вертолета не выходили из кабины. По тому, что двигатель машины не выключался, все ожидали, что она вот-вот взлетит. Никто не уходил. Наоборот, количество людей, одолеваемых любопытством, все прибывало и прибывало. Все ждали развязки. И тут с автодороги, проходящей рядом, съехали два черных «мерседеса» и направились в нашу сторону. С первой, едва успевшей остановиться, машины выскочил молодой человек, оказывается, это ты, – посмотрев на меня, улыбнулась Фатима и продолжила:

– С задней машины вышли респектабельные солидные мужчины и парнишка с огромной кинокамерой, которую он тут же поставил на плечо и начал снимать. Затем с вертолета спрыгнул мужчина, подбежал к подъехавшим на автомашинах и что-то им сказал. Люди в толпе не понимали происходящего. Тут открылась задняя дверь первой машины. Вылезла молодая женщина, которая сидела с края. А молодой человек наклонился к машине и за руку осторожно стал выводить невесту. Женщины, сопровождавшие ее, помогали ей. Вот теперь все все поняли. «Дудаевцы», оказывается, прилетели за невестой. Собравшиеся пытались друг у друга выяснить, кто же эта невеста, чья она. Приходилось неистово кричать из-за шума винтов.

Но никто ничего не знал. Разглядеть лицо невесты тоже было невозможно: ее голова, покрытая фатой, была опущена. А тут еще и ты снял с себя пиджак перед посадкой и накинул на нее. Короче, невеста и все сопровождающие ее погрузились в вертолет. Он поднялся, завис ненадолго и устремился в сторону Терского хребта. С вертолета полетело множество каких-то бумажек. Они, разгоняемые потоками воздуха, порхали вверх, вниз, по сторонам. По каким-то непонятным законам физики, парящие в воздухе разноцветные денежные купюры динным шлейфом тянулись за вертолетом. Все думали, что это листовки, и особого ажиотажа это у толпы не вызвало. Но тут первые бумажки долетели до земли… И это были денежные банкноты! Что тут началось?! Дети, женщины и, словно нехотя, мужчины, толкая друг друга, побежали вслед за улетевшим вертолетом. Они еще в воздухе пытались поймать каждую летящую банкноту, спотыкались, падали и снова вскакивали. Зрелище было еще то! А с неба все летели и летели, планируя, как сережки клена, новенькие казначейские билеты, приводя в исступление людей, на которых нежданно-негаданно посыпалась, в прямом смысле этого слова, манна небесная в виде денежного дождя.

– А вы знаете? Через полгода после описываемых событий мы, то есть вся наша родня, оказались в ваших краях в качестве беженцев. И прожили там почти полгода, но это уже другая тема, – подытожил я.
– Ну, хорошо. Ты скажи: как сложилась жизнь у Мусоста с Зулай? – спросила напоследок Фатима.
– Тьфу, тьфу… У них сложилась многодетная и счастливая семья. И им хорошо, и нам ладно, – засмеялся я.

* Дальнее сватовство (чеч. яз.)

Вайнах №1-2, 2017

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх