Хава Гагаева. И шел дождь

Х. Гагаева 3И шел дождь

И шел дождь,
проливал на меня откровения.
И шел дождь,
расплывались сомнения.
И шел дождь,
с земли – прямо в небо.
Все ждешь, все ждешь – когда
птицы твои перелетят океан
проблем бесконечных…
Но лучше бы ты был беспечным.

И шел дождь,
вливал в меня понимание.
И шел дождь,
собиралось внимание
в бусины острые-острые.
А ты все ждешь и ждешь – когда
птицы твои перелетят океан
проблем бесконечных…
Но лучше бы ты был беспечным.

***

Я – наблюдатель тревожного кино,
где главному герою в моем лице
в конце не хватит воли.
И все печальное сорвет
последние надежды с того,
кто врет своей душе.
Как можно больше боли,
товарищ режиссер!
Быть может, видя воплощенье роли,
опережающей момент,
еще успею выскочить из поезда,
несущегося к пропасти…
И мы с тобой не встретимся.

…и все так много говорят

Мне кажется, я видел скуку
в глазах прекрасных.
Безнадежно,
ты здесь один,
не траться на сомнения –
быть должен в курсе, что
непобедим снаружи.
И кто тебя увидит здесь,
когда туман в сознании
вибрирует печалью
многократной?..
Окном себя не называй,
влезай скорей!..
(слова теряют в силе)

***

Засыпают
компьютеры
и телефоны,
ты один
на балконе,
совсем один –
на фоне
умирающего неба.

Сфотографируй меня
на память –
через измазанный грязью
объектив…
Я ухожу.

***

как слог из песни пустоты
точно неявные кометы
летят сквозь тишину как ты
и твоим голосом пропеты
протянута волос тоска
в иглы надежд жаль сроки вышли
взираешь молча свысока
на панораму своих мыслей

***

заразились перфекционизмом
отрастили клыки и когти
отравили эфир цинизмом
и взираем глазами злости
(на любви ускользнувшей след)

судим строго и безвозвратно
отвращаем лицо от правды
неудобной но виновато
мы не чувствуем себя
нет

кто-то прячется в слабом сердце
проявляясь в словах глубоких
распакуйте еще не мертвец я
а хозяин тех слов немногих

***

беги сквозь лес
своих сомнений гибких
кустарников пустых проблем
болот из вязкой лжи
из липкой
искусственности плен

***

настоянные на молчании
слова приобретают вес
уставший от отчаяния
боль сердца прячешь в спесь
немыслима и вязка
твоих сестер тоска
что въелась в лица маски
улыбками оскал

***

И ничего не говорю
вот только руки опускаю
в безводную печаль твою
куда стекается, я знаю,
все то, что недоприжилось
и даже более, но разве
забудешь, что всего лишь гость,
а горечь растворится в правде?

***

я навсегда останусь полоумной
далекой от нормальности
меня воротит от формальностей
и голосов компаний шумных

в уютной тьме

я сижу на дне
безнадежных дней
и в растоптанный пейзаж души моей
падает луч солнца

так лежать в уютной тьме
хотелось мне
слушая рост растений в тишине
но что-то странное вползает
вглубь меня
и вынуждает выходить на свет

распускаю злость
и из сердца кость
вынимаю чтобы выточить фигурку
глупости

так лежать в уютной тьме
хотелось мне
слушая рост растений в тишине
но что-то странное вползает вглубь меня
и вынуждает выходить на свет

Рыба

В мое окно влетела рыба,
села напротив моего лица.
она смеялась, точно знала
все то, на что я обречена.
Она махала плавниками,
изменяла все вокруг,
она охотилась за сознанием –
но в этот миг я проснулась вдруг.

В мое окно втекало солнце,
испепеляя остатки сна.
Оно смеялось, точно знало
все то, на что я обречена.
Оно втекало в мое жилище,
все приближало горящий круг,
оно охотилось за сознанием –
но в этот миг я проснулась вдруг.

В меня сочилась бледным светом
необъяснимая тишина –
знание о том, что в этом мире,
до безысходности, одна.
Предчувствие другого мира
сжало сознание со всех сторон,
затем рассеялось в эфире…
Едва ли это был просто сон.

Слова все врут

Расскажи, с чего все началось,
зародилось –
чтоб пролиться однажды,
остаться с тобой навсегда.

Кто-то любовью зовет,
но ты в курсе,
что слова все врут,
слова все врут –
и им совсем не жаль тебя.

Как мне с тобой говорить –
ты не слышишь
шелеста слов, запаха мыслей –
ты не здесь?..

Кто-то любовью зовет,
но ты в курсе,
что слова все врут,
слова все врут –
и им совсем не жаль тебя.

То, чего нет

Небо разрезал самолета след,
душу терзает то, чего и нет
в сущности, но боли яд
жжет плоть души, говорит:
отрезаны пути назад.

Развяжи глаза, неба бирюза
смотрит в тебя и видит.

Солнца стекает жидкий свет,
душу терзает то, чего и нет.
Выпей боль, но выплюнь яд.
Отрезаны все пути,
все пути назад.

Развяжи глаза, неба бирюза
смотрит в тебя и видит.

Ты тонешь в обещаниях города,
все тот же сон вдыхаешь день за днем.
Невидимым спиралям ты
сказал бы «да», но не в этот раз,
снова не в этот раз.

Развяжи глаза, неба бирюза
смотрит в тебя и видит…

Падаем

Завяжет мне рот – и вот,
в волосах найдет приют.
Забежит в меня искать –
ту, кем я могла бы стать.

Падаем, падаем, падаем,
сонные, в липкую мягкость тишины.
В ней нет нас, а все, что в нас плавится,
есть нечто чуждое
и с привкусом вины.
Возвратись с собой и вой,
если обнаружишь боль.
Ты не пел, хотя умел –
просто позабыл, что смел.

Падаем, падаем, падаем,
сонные, в липкую мягкость тишины.
В ней нет нас, а все, что в нас плавится,
есть нечто чуждое
и с привкусом вины.

по ту сторону

по ту сторону
где-то возле мы
как круги по воде
мироздания

черным вороном
не стать голубю
но меняет цвет
сознание

делит поровну
кто-то вовремя
радость тишину
отчаяние

озером пустоты
затопило мечты
вновь один на один
с молчанием

***

Падай в тишину, смотри,
куда ведут дороги сердца.
Слушай и признай свою вину –
может, кто тебя найдет –
до того, как ты
опустишься на дно…
Опустишься на дно.

Там, где прольется правдой
нам на плечи боль,
мы разбежимся в лето,
упадем лицом…
Стань моим веслом.

В дебрях слов и смыслов мы
терялись часто, позабыли,
где наш в этом мире дом.
Блуждали в снах и глупых мыслях,
и иллюзий дым
нам застилал глаза,
хотелось скрыться за

тем, где прольется правдой
нам на плечи боль.
Мы разбежимся в лето,
упадем лицом…
Стань моим веслом.

***

Ночь входит сквозь окно,
и с ней ты не одинок.
Смотри в ее глаза,
и правду, что сказать
нет слов, сохрани внутри.

Ты был когда-то прав,
что от того осталось?
Слишком твердый нрав
и твоя усталость
текут сквозь слов
оброненную малость,
словно герой из снов.

И в царстве темноты
ее прозрачные цветы,
тобой неузнанные будто.
Но это не так,
и вовсе не знак
того, что ты опоздал –
ты все уже знал…

***

Мы не можем взять с собой взрослых,
мы застрянем здесь навсегда,
в струях пряных волос ее легких –
пустота.

Мы не можем взять с собой память,
мы должны уйти налегке.
Нам мигают огни неизвестного
Вдалеке.

Мы не можем остановиться,
мы забрались так высоко.
Нас пленяет падение птиц –
в синее молоко.

Мы назад никогда не вернемся,
растворимся в бездне прыжка.
Нас запомнит сияние звезд, порхание
Бражника.

***

Сядь в мою лодку,
усни на волнах робких…
Где твоя память
о тех берегах?
Нарисуй двери, толкни,
чтобы выйти сквозь
стены своей
обусловленной жизни…

Только не верь в лишний бред:
большей глупости нет.
Нашей старости цвет
никогда не распустится.

Птицами ветер
прошитый несветел.
Ты знаешь, все двери
в твоей голове.
Встав на рассвете,
припомнишь слова эти –
а мне б догадаться,
о чем ты молчишь.

Только не верь в лишний бред:
большей глупости нет.
Нашей старости цвет
никогда не распустится…

Вайнах №1-2, 2017

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх