Абу Исмаилов. ЭДАЛ. Драма в стихах (в двух частях).

Продолжение. Начало в №№9,10.

Действие происходит в одном из горных селений
Чечни в середине XVII века

Часть вторая

Картина первая

Лесная поляна. Под старой грушей спит Эдал и видит сон:
…Прерывая птичьи голоса, вдали раздаются выстрелы. Через некоторое время из лесу появляется человек. Он безоружен, обросший. Одежда на нем изорвана и окровавлена. Возле дерева он падает. Эдал слышит его стоны, но за деревом не видит его. Юноша вскакивает.

ЭДАЛ: Где ты, человек?.. И кто ты?
Стоны чьи-то слухом я ловлю.
Можешь мне открыть свои заботы:
Я твое несчастье разделю.

РАНЕНЫЙ: Меня навечно
Бог удачи предал.
Кто ты? Что несешь мне: смерть иль мир?

ЭДАЛ (присаживаясь на корточки рядом с раненым):
Все зовут меня – несчастный Эдал.
А отец мой – славный Оздамир.

РАНЕНЫЙ: Видно, перед смертью не напиться…
Яндар, где же бродит твоя тень!
Говорят, я стал твоим убийцей
Друга детства. Вот пришел мой день.

При этих словах Эдал вскакивает.

…Мое имя Мяхта. Целься, Эдал,
Мести наслаждение изведай.

ЭДАЛ: Из сотни тысяч людей
Я двух не знал во всем друг другу равных.
Человек на совести твоей!
И ты тогда себя смертельно ранил.

МЯХТА: Как зверь, гонимый сворою собак,
Ношусь я со своей душой несчастной.
О, если б вместо Яндара тогда
Я умер!..

ЭДАЛ: …В этом было б мало счастья.
Нам нечего завидовать друг другу –
Одна нас кружит яростная вьюга.

МЯХТА: Без очага, отринутый людьми,
За сутки умирая десять раз,
С самим собою разговор вести,
Как тяжело все это мне нести!
Боюсь я смерти – смерть меня боится,
Ищу я смерть – ее не нахожу.

ЭДАЛ: Ты счастлив тем, что смог наговориться.
Но, Бог с тобой, теперь я ухожу.

МЯХТА (ползет к дереву и садится, прислонившись спиной):
Постой. Не уходи.
Счастливый случай
Такой не часто выпадает нам.
В последний раз меня сейчас помучай,
И я предамся бесконечным снам.
Исполняй свой долг заглавный –
Отомсти за брата!

ЭДАЛ: Если смерть твоя могла бы
Возместить утрату…

МЯХТА: Смотрю я, рассуждать ты очень любишь…
Мужчина твердым должен быть всегда.
Стреляй в меня или себя погубишь.

ЭДАЛ: Не сделаю того я никогда!

Дрожа, начинает отходить от него.

МЯХТА: Яндар был достойнее тебя.
В набегах мы бывали не однажды
И, врагов безжалостно рубя,
Кровью утоляли свою жажду.
Все трудно в первый раз…
Но запах крови
И алый вид ее
Глаза слепит,
Душу опьяняет.
И станешь ты, как лев,
Жестоким и суровым.
Все это просто. Ну, давай, стреляй!

ЭДАЛ: Молчи! Будь ты последним даже негодяем,
Не мне решать твою судьбу.

МЯХТА: Я негодяй не больше, чем другие!
Жизнь такова: не ты – тебя убьют.

ЭДАЛ: Но вид твой жалок, бредишь ты от ран.
Кто это с тобой сделал? Я не знаю,
О чем, с тобой сравнившись, говорить?
И разве смерть твоя отмщеньем будет?

МЯХТА: От этих ран не суждено мне жить.
Тогда ты как появишься на людях?

ЭДАЛ: Подобные тебе не умирают.
Пес свои зализывает раны.
Но знай: с оружьем если повстречаю
Тебя, то мать родная не узнает.

МЯХТА: Ты будешь лишь один тому свидетель,
Как кончится мой путь земной недлинный.
Лишь пропоет листве об этом ветер.
И дождь твои следы смешает с глиной.
Отцу ты понесешь подарок ценный –
Голову мою в кровавой пене.

ЭДАЛ: Ты не путай сокола с вороной,
Льва с шакалом и меня с собой.
Будь таким, как ты – без разговоров –
Я с твоей ушел бы головой.

МЯХТА (пытается встать и с криком падает):
Эдал, ты дурак и не мужчина!
Если мне с здоровьем повезет,
Я убью тебя. Такого сына
Твой отец потерей не сочтет.

ЭДАЛ: Велико мое терпенье, Мяхта.
Не волнуйся. Встретимся мы вновь.
Принимай мои слова, как клятву:
Я твою пролью однажды кровь.
Силой и оружьем в честной схватке
Поведем смертельный разговор.
Подлых мыслей гнусное зачатье
Разрублю я, и решится спор.

При последних словах появляются Кюйра и Тапа.

КЮЙРА: Он что, с ним объясняется в любви?

ТАПА: Похоже. Мяхта весь уже в крови.

КЮЙРА: Но Эдал чист.
И весь дрожит ягненок.
Ты что стоишь? Руби его, руби!

Эдал поворачивается в их сторону. Со всех сторон появляются: Маккал, Букарш, сельчане.

Все кричат: «Руби его, руби!»

Появляется Нажа. Эдал рвется к нему, но лицо Нажи холодно-равнодушное.

ЭДАЛ (кричит):
Постойте! Прекратите этот крик.
Ведь я же не палач и не мясник!
Вы люди или кто? Я не пойму…

Толпа начинает его окружать. С криками и улюлюканьем: «Он не мясник! Он не палач. Он ангел. Он ребенок». Толпа смеется. Дикий хохот… Видение сна исчезает. Эдал вскакивает в холодном поту. Рядом слышно ржание его коня.

ЭДАЛ: Даже сон покоя не дает.
И жизнь твердит, и время говорит…
Все кругом к отмщению зовет.
Пламя мести не во мне горит.
В оболочке этой кто живет?!

Картина вторая

В башне Оздамира. Сидит хозяин. Появляется жена. Она ставит перед ним треногий стол, приносит лепешки, сыр, чеснок, кувшин с тонким горлышком. Оздамир выпивает рог пива и начинает обедать. Жена стоит в стороне.

ОЗДАМИР: И где это подобие мужчины?
Почему его не вижу снова?

ЖЕНА: Всегда он по неведомым причинам
Уходит, не сказавши даже слова.
Умчался он на скакуне гнедом
Три дня назад с кремневкою в руках.

ОЗДАМИР: Мужчине подобает быть верхом.
Куда? Зачем? Тебе не надо знать.
Иди и занимайся своим делом.

Жена уходит.

Что делать с этой недозрелой тыквой?
Не сына воспитал старик Нажа!
Неужели старость будет пыткой,
И придется опускать глаза!
Людей стыдиться перед каждой встречей –
Все то, что в людях прежде презирал,
Теперь легло на сгорбленные плечи.
Кто до сих пор хоть пальцем указал
На имя предков и на мое имя?

Появляется Эдал. Вешает кремневку на стену. Очень бледен.

ОЗДАМИР: Где ты скитался?
Языками злыми
Что люди говорят о нас с тобой?

ЭДАЛ: В лесах я исходил тропинок много.

ОЗДАМИР: Тебе не повстречался зверь двуногий?

ЭДАЛ: Видел я…

Потупил взор.

ОЗДАМИР (кричит):
Кого ты видел?

ЭДАЛ: Приснился мне сон довольно странный,
Когда вздремнул я на лесной поляне…

ОЗДАМИР (махнув рукой):
Его старухам можешь рассказать.

ЭДАЛ: В том непонятном сне,
Как наяву, явился он ко мне.

ОЗДАМИР: Кто-о-о?

ЭДАЛ: Убийца брата!

ОЗДАМИР (вскакивает):
Яндара моего убийца?!
Эдал, где же голова его?
Дождаться вот такого дара
От тебя – я не гадал.
Ну, покажи!

ЭДАЛ (с потупленным взором):
Израненный лежал он, безоружный.

ОЗДАМИР: Ты его кровью меч свой обагрил,
Лежать оставил тело в алой луже?
Где голова его? Нет больше сил!

Эдал молчит.

Как? Нет? И наглости хватило у тебя
Ко мне явиться? Убирайся вон!

ЭДАЛ: Ведь это все во сне происходило.

ОЗДАМИР: Пусть это был и безобидный сон.
Но ты ведь не убил его? Убил?

ЭДАЛ: Не смог я, он же беззащитным был.

ОЗДАМИР (гневно):
Лучше, чем иметь такого сына,
Обрести недобрую молву.
Если не был ты во сне мужчиной,
Им не станешь также наяву.
Чтоб тебя я больше не увидел,
Убирайся с глаз моих долой!

Хватаясь за грудь, Оздамир падает.

Картина третья

Вечер. На камнях полукругом сидят старцы. Вокруг стоит молодежь. Издали редко доносится лай собак, блеянье овец, мычанье коров и т.д. Вечерние сельские шумы.

УСАМ: Мне кажется,
Нажа-старик
Изучил грузинов письмена.
И воины, которых он растит,
Не те, что были в наши времена.

АБДИ: Что хочешь этим ты сказать,
Усам?
Не сомневаюсь я в отваге тех,
Что силою и ясностью ума
Сегодня могут превзойти нас всех.

УСАМ: Силы и отваги тоже мало,
Для того чтобы стать мужчиной.
Если слабодушие – начало
Их позора – значит, в том причина.
К примеру, Эдал где-то ходит ныне.
Ну, кто мечтал бы о таком вот сыне?

АБДИ: В горах все тропы исходил Нажа
И в себя вобрал народа мудрость.

УСАМ: Что разговоры?
Звон бесплодный,
Если человек не знает
И не в силах честь отстоять свою.

АБДИ: Он знает больше, чем с тобой мы оба,
И не нуждается в учении мозгара1.
Неправда, что он принял его веру.

УСАМ: Почему же Эдал – ученик его –
Не может смыть позора своего?

АДА: Он не мужчина!
Жаль мне Оздамира –
На старости остался сиротой.
Вот почему его пустует камень.

Указывает посохом на камень.

АБДИ: Эдал еще молод. Неизвестно,
Какой мужчина выйдет из него.

АДА: Будущий орел в гнезде пищит.

УСАМ: Не молод он – дурак!
От людей, народа отошел.
Я слышал, что он с алмасами связан,
И будет наш аул ему обязан
Любой бедой грядущей…

АБДИ: Где, от кого ты слышал это?
Ада, может, ты ему сказал?

Ада молчит.

Может, вы свидетели того,
Что Эдал связан с духами?

Все вокруг молчат. Стоящий сзади Кюйра вдруг показывает.

КЮЙРА: Смотрите, вон пошел он, как немой.

Словно черный призрак, проходит вдали Эдал и исчезает в темноте.

УСАМ: Что говорил я?
Человек нормальный
Разве так пройдет?

АБДИ: Тяжело человеку проглотить свое горе.
Над чужою бедою легко рассуждать.
Не зная, что нам приготовило утро,
Имеем ли право его осуждать?

В это время позади Ады появляется юноша и что-то шепчет ему на ухо.

АДА (встает):

Извините, друзья, только что сообщили,
Что ждут меня дома почетные гости.

Перевод с чеч. автора.

Окончание следует.

1 Мозгар (чеч.) – христианский священник.

Вайнах, №11, 2013.

Оставить комментарий

Ваш E-mail будет скрыт. Отмеченные поля обязательны к заполнению *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Вверх